Первый Секретарь Горкома партии Парфенов Евгений Ерофеевич вручает ключи от новой школы директору школы Мешковой Александре Гавриловне.

Богата Россия лесами. Это великий дар природы, которым не об­делен и Алтай. Особенно славится он уникальными борами и знаме­нитой русской березой, прославленной в легендах, сказках и песнях.

Алтайская береза — особенная, и нет красивее ее на белом све­те. Чувствуют себя березы вольготно на огромных просторах, рас­селяясь свободно, как душе угодно. Живут они по-разному. Одни — собравшись одной семьей в березовые колки (слово это слышал толь­ко на Алтае), которые не похожи друг на друга. Каждый существует, не мешая друг другу, без обид и зависти.

По соседству мирно приютилась стайка веселых подруг, поже­лавших пожить на свой лад. А там, глядишь, сиротинкой коротает свой век одинокая березонька, не жалуясь на судьбу. В заречной части района — целое царство таких берез. Не случайно в этих краях появились первые поселения, которые, к сожалению, не до­жили до наших времен.

Там, где речка Аллак берет свое начало из чистых, как слеза, ключей в расщелинах каменистой гряды отрогов Салаирскогокря­жа, в живописном месте, среди лесов, некогда приютилась дере­вушка с простецким названием Семеновка.

Расположилась она на возвышенном месте, у просторной пой­мы речки Аллак, заросшей тальником и ягодниками, в которой и собрались в общий поток многочисленные ключи.

Образовалась деревня в 1921 году из переселенцев Симбир­ской, Орловской и Курской губерний, восточнее поселка Михайловка, чуть левее известного казачьего тракта.

Среди старожилов до сих пор жива легенда, что поселки Михай­ловка, Георгиевка и Семеновка основали три брата, пожелавшие жить не вместе, но рядом, дабы ничем не омрачать личные отно­шения, жить в дружбе и согласии. По их именам вроде бы и назва­ны поселки. Их никто не помнит, и потому это более походит на вымысел, тем более что поселки образовывались в разное время, и жили в них даже люди разных национальностей. Семеновка воз­никла почти на 10 лет раньше. Вероятней всего, поселок получил название от фамилии первожителей.

По переписи населения 1926 года в поселке значилось 32 домо­владения, население составляло 165 человек, в том числе 83 муж­чины и 82 женщины русской национальности.

Маленькая и уютная деревушка была на редкость живописна. Кудрявые березовые колки приплыли сюда, казалось, издалека и встали на рейде. Один из них облюбовала деревушка и вытянулась вдоль него двумя зелеными и чистыми улицами, состоящими из небольших, но уютных домиков, сделанных в основном из березы и крытых в большинстве своем соломой. Было четыре добротных, больших дома.

В ясное летнее утро поселок и его окрестности казались угол­ком еще не потерянного рая. Кругом тишь да благодать. Только не ленись, не опускайся до безделья, дружи с природой и будешь жить безбедно. И люди не бедствовали. Нужда не душила. Работали только на себя. На целинных землях все росло, в том числе арбузы и дыни. Сеяли лен, подсолнухи, гречиху, рожь и все остальное, гна­ли деготь. Многие имели пчел, благо цветов в округе было море. Росла всякая ягода: черемуха, смородина красная и черная, земля­ника, клубника. И поныне ее не убавилось. А зверья и птицы, как выразился один из собеседников, было навалом, даже журавли во­дились, не говоря о косачах, куропатках, зайцах и лисицах.

В годы перестройки трибуну приказали убрать так как их осталось в стране только две это у нас и мавзолей Ленина.

В период коллективизации в поселке образовался колхоз «Зем­леделец», получивший надел земли в 1323 га. Не ахти как много в сравнении с соседями, но достаточно для нормального хозяйствования. Постепенно колхоз становился на ноги. Посадили сад, в чем заслуга Яцука Егора Ивановича, отца пятерых детей. Завели пасе­ку, перед войной приобрели автомашину — «полуторку». Постро­или в подветренном конце деревни хорошие животноводческие помещения для 70 голов КРС, 48 свиней, 156 овец и 57 лошадей.

Первым председателем избрали Полукеева Василия, но недолго он правил хозяйством. Еще до войны его сменил Марковский Константин Николаевич.

В тяжкие годы войны колхозом руководил Попков Макар. Его не­надолго заменила жена, а ее — Дегтярев, ушедший на фронт. Потом эту должность занимали Арбузов Иван Николаевич, Пособилов Иван Степанович. Короткое время, два-три месяца, колхозом управлял Сотников Егор Наумович, чуваш по национальности, малограмотный, очень скромный человек. Он спасовал перед трудностями и заявил: «Заберите свои печати, а то задавлюсь». Последним председате­лем оказался Лысенко Прохор Сергеевич. При нем колхоза не стало. Образовался колхоз имени Хрущева с центром в деревне Каменушке, куда вошли Михайловка, Георгиевка, Семеновка.

Уж очень не хотелось семеновцам объединяться, ведь жизнь только-только начала налаживаться. Предчувствовало крестьян­ское сердце что-то неладное. И не ошиблось. Последующее объе­динение всех хозяйств в колхоз имени Ленина оказался губи­тельным для Семеновки. Поселок потихоньку умирал, обделенный вниманием. Решением исполкома районного Совета депутатов тру­дящихся от 16 сентября 1970 года № 203 пос. Семеновка снят с учета как несуществующий.

Сегодня его нет на карте района, но память о нем живет в серд­цах его жителей, которые вспоминают о поселке с благодарностью и тоской.

На ст. Плотинной состоялась моя первая трогательная встреча со старожилами Семеновки, среди них был и один из председате­лей колхоза — Пособилов Григорий Иванович и его супруга Анна Михайловна, работавшая в Семеновке с 1946 по 1951 год учитель­ницей. Она очень тепло отзывается о жителях поселка: они были работящие, трезвые, дети росли вежливыми, послушными, учи­лись старательно.

После нее до 1976 года там учительствовала, а до 1980 года про­живала и чуть ли не последней выехала из поселка, Анастасия Фро­ловна Артамонова (Кузьмичева). С ней мы встретились в пос. Ill Интернационал, где она проживает. Она рассказала о культурной жизни селян, о работе клуба, которым заведовал сын садовода Яцук. Поведала и грустную историю смерти председателя колхоза Мар­ковского К. Н., умершего в степи от сердечного приступа. Нашли его по верному коню, который не ушел с места гибели хозяина. В тревоге и беспокойстве он даже в мерзлой земле выбил копытами яму.

По словам семеновцев, жизнь в деревне была привольной, рабо­ты непочатый край. В колхозе был большой птичник, выращивали табак, разводили сады, пчел. Трудились весело, жили честно. В селе было много молодежи, которая умела хорошо трудиться и весело отдыхать. Целыми ночами, бывало, не смолкали гармошка и песни.

Жили в поселке Кочкин Захар Алексеевич и Яцук Егор Ивано­вич. Соседствовали, дружили и негласно конкурировали меж собой: развел Яцук сад — и Кочкину надо, завел Кочкин пчел — и Яцук за ним следом. 3. А. Кочкин сапожничал, обувал всех односельчан, еще он выделывал овчины и шил шубы. Егор Иванович занимался фотографией, слыл знатным парикмахером и в то же время был одним из лучших плотников, мастерски гнул дуги и изготавливал полозья для саней.

С. Столбово

Не торопились покидать отчий дом ни Яцуки, ни Кочкины. Дер­жали их тяжелые раздумья, сердечные страдания. Уехали после­дними: 3. А. Кочкин — в Михайловку, а Е. И. Яцук — в Шайдурово. Так судьба разлучила их навсегда.

Дольше других стоял в поселке дом Гончарова Сергея Павло­вича. Грустно видеть осиротевшую усадьбу, заросшую бурьяном.

Теперь на месте поселка — пустырь. А вокруг — все та же красота. Весной цветут подснежники, летний ветерок колышет тра­вы, и шелестят березовые «шевелюры». От аромата цветов и све­жего воздуха захватывает дыхание, а сердце тревожно трепещет в груди от нахлынувших дум.

И. МЕЙКШАН. Фото из личного архива В. ГОЛИКОВА.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.


 

 

 

 

  •  
    13
    Поделились
  •  
  •  
  •  
  • 13
  •