В минувшую среду прошла девятая внеочередная сессия районного Собрания депутатов. Повод собраться был прозаичен — накопилось много вопросов, требующих решения муниципального депкорпуса.

Однако не весь пакет решений удалось в этот день провести через протокол собрания — при всей их условной формальности. Так, например, первый вопрос о внесении изменений и дополнений в Устав Каменского района вылетел из повестки дня, едва был дан старт заседанию. Причина проста — присутствующих на сессии депутатов не хватило для принятия решения по нормативно-правовому документу.

Арифметика «пролёта»: для всех нормативных решений необходимый минимум составляет две трети от установленной численности депкорпуса, а это значит, что для принятия изменений и дополнений в устав нужно не менее 14 голосов «за». Шестеро из девятнадцати избранных не почтили своим присутствием сессию, итого тринадцать. Мелочь, а приятного мало.

Впрочем, мелочью считать вопрос об Уставе муниципального образования никак нельзя, несмотря на кажущуюся формальность вносимых изменений и дополнений. Тем более данный документ очень долго был серьезной болевой точкой предыдущего созыва и отчасти нынешнего. Затянувшуюся, как в дурном сне, эпопею с главным нормативно-правовым документом муниципалитета мы подробно описывали на страницах газеты. Напомним, что в нынешнем политическом сезоне камнем преткновения стал параграф о контрольно-счетном органе, некоторые пункты статьи 51 Устава не проходили ценз Минюста. На последнем заседании статья о контрольно-счетной палате была приведена в соответствие с нормами федерального законодательства, и точка в новых приключениях устава была поставлена.

В новой редакции устава, которую предлагалось принять на последней внеочередной сессии, также содержался пункт о КСП, согласно которому срок полномочий её членов должен  устанавливаться муниципальным нормативным правовым актом и не должен быть менее чем срок полномочий районного Собрания депутатов. Конечно, то, что на сессии эти и другие правки не были внесены, не внесет сумятицы в работу местного самоуправления. Но факт, что ключевой вопрос заседания исключается из повестки в начале работы сессии, весьма показателен и наглядно иллюстрирует отношение некоторых народных избранников к депутатской работе.

Не бывает «рядовых», «проходных» и «дежурных» сессий, а основной функцией депутата (любого — и муниципального, и поселенческого) всё-таки является нормотворчество. То есть работа в зале заседания и на предварительных собраниях. Это к дискуссии, о которую сломано много копий в последнее время. Нередко оппоненты газеты используют доводы, что народные избранники в гражданской жизни сильно заняты — и швецы, и жнецы, и на дуде игрецы, да ещё и на участках много пользы гражданам приносят. Щедрые дары избирателям и «снятие кошек с деревьев» (это метафора) сами по себе, конечно, являются прекрасными жестами, но к депутатской деятельности они никакого отношения не имеют.

Явка, явка и ещё раз явка — такой клич бросал предыдущий председатель райсобрания в адрес предыдущего же созыва, даже «Каменские известия» в каком-то смысле становились рупором этого воззвания… Но старая песня зазвучала на прежний лад.

На оставшуюся часть повестки хватило депутатских рук. Райсобрание рассмотрело изменения в бюджет района, доходная часть которого существенно увеличилась за счет краевых ассигнований и превысила миллиард. Депкорпус принял новые реалии финансового документа и распределение краевых средств по надлежащим статьям расходов. Как этот, так и другие дежурные по своей сути вопросы были решены положительно и без приключений.

Два вопроса, касающиеся работы контрольно-счетной палаты, всё же были решены на данной сессии. Выступающий с докладом руководитель аппарата Андрей Сиротенко назвал их заключительными аккордами во всей затянувшейся истории с КСП — они касались заработной платы и рабочего распорядка председателя контрольно-счетного органа. Кодой в песне, продолжая метафору, станет  непосредственное формирование КСП, но это уже другая история.

Стоит всё-таки вернуться к теме явки депутатов на сессии. Озабоченность этим вопросом выразил депутат Виктор Штрак. Он также провел небольшой анализ явки одного из своих коллег по прошлому созыву, не называя имени — данный «ноу-нэйм» по подсчету явки/неявки из пяти лет созыва отработал два.

Мы обещали в одной из публикаций начать вести учёт отсутствующих на сессии народных избранников. Сразу же обмолвимся — уважительные причины могут возникнуть у всех, например, болезнь или непредвиденные и непреодолимые обстоятельства. По просьбе одного из депутатов председатель РСД озвучил причины, названные пятью из шести отсутствующих — двое не пришли по причине временной нетрудоспособности, трое сослались на занятость на работе. Итак, на девятой внеочередной сессии не присутствовали: Р. А. Беляков, Е. А. Волошина, В. Н. Гомзяков, В. И. Железовский, Н. В. Карелина, С. П. Широков. Ещё одна ремарка — не всех язык повернется обвинить в систематических неявках и пассивном отношении к работе депутата.

Здесь есть повод поразмыслить — в том плане, что депутаты являются таковыми не на освобожденной основе, то есть могут быть заняты в гражданских и иных профессиях. В таком случае трудно оценить «степень уважительности», если прогул сессии связан с профессиональной деятельностью. Каждый депутат осознанно подавал документы в избирательную комиссию. Более того, некоторые из муниципальных парламентариев, приходящие на сессию всегда от слова «совсем»,  занимают руководящие посты, и мы как представители СМИ абсолютно уверены в их чрезвычайно насыщенных трудовых буднях. Тем не менее, на сессиях они присутствуют, не разделяя их на «важные» и «неважные». На прошедшую в среду сессию один из депутатов, являющийся руководителем крупной организации, пришел с кипой рабочих документов и печатью. Это такой маленький, но очень показательный штрих к общей картине.

Максим ПАНКОВ. Фото Александра ЖДАНОВА.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here