В двадцать лет Василий Федотов проложил свой жизненный путь в армию. В 1935 году каменский паренек отправился в Омск поступать в военное пехотное училище. Одни родичи одобряли выбор, другие пророчили гражданскую профессию. Однако на проводы Василия в дорогу на пристани собрались все.

В те далекие годы Камень не имел ни железнодорожного, ни автомобильного транспорта. Связь с миром: зимой — конный обоз, летом — пароход. Пристанские сооружения располагались на набережной у истоков Пушкинской улицы. Сейчас здесь остались бывшая пристанская контора и холодильник. Ранее тянулось длин­ное деревянное здание, в одной части был ресторан, в другой — зал ожидания, где каменские, крутихинские, панкрушихинские пассажиры ожидали своего парохода. Справа в двух домах раз­мещались амбулатория водников и гостиница, рядом возвыша­лись оставшиеся от купцов — лабазы.

Рейсы до Новосибирска, Барнаула совершались на колесных пароходах “Пролетарий”, “Дрокин”, “КИМ”. От Камня до этих центров плыли целые сутки.

Василий Федотов. 22.12.1915 – 09.01.1997

Прощались родные, друзья с Василием горячо, как будто чув­ствовали, что расстаются надолго. Так оно и случилось. Почти сорок лет отдал Василий Николаевич воинской службе, прошел по служебной лестнице от курсанта до генерал-майора.

Навестить родные каменские места все не удавалось. Пер­вый раз уж было совсем “навострил лыжи”, но помешали воен­ные события на озере Хасан, зашевелилась японская военщина.

Шел 1939 год. Вновь засобирался навестить земляков, но… развязалась финская война. Командир стрелковой роты Фе­дотов вывел свое подразделение на исходную позицию и всту­пил в бой. Нелегкие схватки следовали одна за другой, осо­бенно донимали финские “кукушки”-снайперы.

Финская кампания завершилась, но обстановка была на­пряженная. Неспокойно было на пограничных рубежах с Гер­манией, все больше распоясывался фашизм. Отпуска военным были ужаты, но Василию Николаевичу обещали. В третий раз засобирался он в родной Камень, но вышла осечка: заг­ромыхали залпы Великой Отечественной войны.

С первых военных дней Василий Николаевич на переднем крае. Пришлось пережить горечь отступления перед превосхо­дящими силами противника и радость победного шествия. В своих мемуарах, изданных в Москве, Василий Николаевич де­тально описывает боевой путь своего полка, отдавая дань под­вигу офицеров и солдат.

Из всех боев самым памятным и, пожалуй, самым тяжелым был бой за Днепр. В 1943 году под напором наших войск гит­леровцы откатились за Днепр. Здесь немцы создали мощный оборонный вал.

Приказ был лаконичен: форсировать и закрепиться на дру­гом берегу. 569-й стрелковый полк подполковника Федотова одним из первых форсировал водную преграду южнее Киева.

В летописи войны значится Букринский приднепровский плац­дарм, укрепленный гитлеровцами. Полк Федотова, выбив нем­цев, закрепился на нем. Умело маневрируя живой силой и техни­кой, подполковник сумел создать ударный кулак, громил против­ника.

Не раз под огнем вражеской артиллерии, автоматов и пу­леметов, когда это было необходимо и требовала ус­ложнявшаяся обстановка, командир полка пробирался в стрелковые цепи, вдохновляя бойцов личным примером. Васи­лий Николаевич в этом сражении был дважды ранен, но не поки­нул поля боя.

За героизм, смелость и умелое руководство полком при форси­ровании Днепра и удержание плацдарма Василий Николаевич был удостоен звания Героя Советского Союза.

Отгремели огненные залпы Великой Отечественной. К мирно­му труду возвращались опаленные войной солдаты. Страна под­нималась из руин. Для Василия Николаевича военная служба продолжалась. Требовалось пополнение и укрепление офицерс­кого корпуса. Военные училища пополнялись выпускниками-су-воровцами. Одно из столичных суворовских училищ возглавлял генерал-майор В. Н. Федотов.

Почти сорок лет Василий Николаевич был в строю. Ска­зывались суровые испытания, ранения и пришлось расстать­ся с родным армейским укладом.

Страна торжественно, празднично отмечала 40-летие По­беды. В канун юбилея Василий Николаевич решил от­правиться на каменскую землю.

Радушно встретили каменцы знатного земляка. Побывал он на городских праздничных торжествах, повстречался с зем­ляками, вспоминая, побродил по улицам города детства, юно­сти. Прошло 50 лет с тех пор, как он, парень из этого сибирс­кого городка, впервые надел армейскую шинель.

Годы, годы! Но не стереть в памяти каменцев ратный под­виг, мужество наших земляков, в числе которых Василий Ни­колаевич Федотов.

В.ШИШКИН.

Отрывки из мемуаров «В пламени боев» Василия Федотова:

«…К исходу 23 сентября 1943 года передовые подразделения дивизии прочно удерживали плацдарм, успешно отражали контратаки противника, чем создали благоприятные условия для форсирования Днепра главными силами. Поэтому с наступлением темноты штурм реки возобновился. Я связался с комдивом:

— Место командира полка там, где решаются основные задачи, значит, в данный момент — на плацдарме. Разрешите?

Получив «добро» комдива, я переправился на правый берег с группой офицеров штаба…

…Первая ночь на плацдарме была тревожной. Река буквально за спиной, совсем рядом, и сил мало…

…Утром я вызвал к себе Д. Гусейнова. Где перебежками, а где ползком мы отправились в батальон. В лощине обнаружили танк. Навстречу вышел молодой лейтенант, командир машины, и доложил, что отстал от мехбригады и после ремонта гусеницы может участвовать в бою. Спросил, как связаться со своими. Я обещал ему посодействовать, а пока попросил поддержать атаку наших рот.

Появилась авиация врага. Наши цепи так близко были от противника, что самолеты пикировали, пугали нас, но огня не открывали и не бомбили, боясь зацепить своих. Самолеты кружили долго, видно, гитлеровцы ожидали подкрепления и старались хоть как-то задержать нашу атаку.

— Сволочи! — не выдержал я и, взяв у связного винтовку, когда «мессер» выходил из пике, тщательно прицелившись, выстрелил. Самолет, вопреки моему ожиданию, неуклюже завалился на крыло и рухнул на землю.

…Надо без промедления переходить в атаку, но поднять людей, когда над головами с воем проносятся самолеты врага, не так-то просто. Нужен личный пример. Я понимал, что пробил мой час, и встал с возгласом:

— За Родину!

За мной немедленно поднялись во весь рост и пошли вперед комбат И. Лапин, его заместитель по политчасти В. Кулибенко, командир роты А. Пономарчук, Д. Гусейнов, автоматчик А. Орехов. С криком «ура» дружно атаковали врага все подразделения.Никто теперь не обращал внимания на вой самолетов. И фашисты дрогнули, стали поспешно отходить. Танк вырвался вперед, открыл огонь из пулемета. Немцы побежали, и наши бойцы перешли к преследованию.

Полк с боем овладел Трактомировом. Теперь предстояло закрепиться на новом рубеже, окопаться, расставить пулеметы. Бойцы орудовали лопатами, дело спорилось. Когда воин окопался, вложил свой труд в землю, он так просто свой окоп не покинет. Это его крепость, и за нее он будет драться с большим упорством.

Наступая, мы не упускали из виду противника. Вот наблюдатели обнаружили немецкий танк у стога.

Он сделал выстрел и умолк, как бы заявляя о себе. Ясно, это первая ласточка. А у нас пока противотанковых средств с гулькин нос. Фашисты поняли это и вскоре предприняли контратаку против нашего соседа слева. До сих пор мне не доводилось видеть, как идет в атаку вражеский штрафной офицерский батальон.

Теперь такая возможность представилась. Приняв спиртного, засучив рукава выше локтя, гитлеровцы шли нагло, играя ручными гранатами. Огня они не вели, шли, не пригибаясь.

У нашего соседа в ротах — необстрелянная молодежь. Для первого боя это зрелище — слишком тяжелое испытание. Ребята стали нервничать, оглядываться. А тут еще от прямого попадания мины погиб расчет станкового пулемета.

Автоматчик Алексей Орехов, наш славный, тихий и скромный Леша, не раздумывая, кинулся к замолкшему «максиму», рванул его на себя и на катках выкатил на пригорок, откуда цепи атакующих гитлеровцев были как на ладони. Над его головой скрестились трассы очередей. Совсем рядом квакнули первые мины. Но Алексей вел себя спокойно и расчетливо, без суеты; он вставил ленту в приемник, передернул рукоятку и припал к прицелу.

— Стреляй! Стреляй, Алексей! — кричали ему.

А он, улыбнувшись, подложил под локти дернину, чтоб ловчее было, и только тут дал первую длинную очередь по пьяной гитлеровской нечисти.

В рядах гитлеровцев возникла заминка. Их минометы уже не били по нашим позициям, боясь накрыть своих. Этим воспользовался командир пулеметной роты И. Ефименко и выдвинул все подразделение вперед, на более удобный рубеж. Теперь фашисты попали под перекрестный огонь. Полегло их видимо-невидимо.

— Ну, ты, Алексей, и один в поле воин! — радовались молодые бойцы. — Образумил эту мразь. Дал им и в хвост и в гриву!

Хотя такая атака, которую мы только что отразили, в основном была рассчитана на слабонервных, но недооценивать ее нельзя. Она очень опасна тем, что может вызвать панику. Хорошо, что мы имели на плацдарме целую пулеметную роту, заменявшую нам и орудия, и минометы. Ведь отступать нам было некуда — позади Днепр. Не удержись мы на высотах — могли бы потерять весь плацдарм, с таким трудом отвоеванный у врага. Сила боевого примера, наглядный образец стойкости, выдержки, хладнокровия и мужества даже отдельного бойца играли решающую роль в боях.

К исходу дня мы свою задачу выполнили — закрепились в Трактомирове. Переправился на правый берег и второй эшелон полка — батальон Н. П. Решетникова. Но ему еще предстояло выдвинуться на указанный мною рубеж, за ночь окопаться, хорошо замаскироваться.

Вечером на плацдарм перебрался штаб полка и разместился в полукилометре от НП. Начальник штаба майор С. Ф. Хуторянский пришел к нам не так давно, и было ему пока трудновато. Обстановка сложная, а условий для работы никаких. Хорошо, что все его помощники — обстрелянный народ, есть на кого опереться. Чувствовал, как он тянулся ко мне, искал поддержки.

Прежде чем встретиться со мной на плацдарме, Семен Филиппович побывал в штабах батальонов, собрал необходимую информацию, организовал связь. В батальонах узнал о героизме и отваге бойцов и командиров и в беседе со мной все повторял:

— Какие люди! Какие люди! Выдержать такое…

Дивизионная газета «Защитник Родины» об этих боях писала: «Ни огонь, ни рвавшиеся бомбы — ничто не могло остановить храбрецов. Они стойко отбивали на Правобережье яростные контратаки врага. Воины в бою показали исключительную силу, хладнокровие, мужество. Особенно проявили себя коммунисты Хлусов, Крылов, Славгородский, Фирсов».

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

  •  
    14
    Поделились
  • 1
  •  
  •  
  •  
  • 13
  •  
  •  
  •  
  •