Фотограф из Камня-на-Оби Екатерина Татарникова благодаря социальному контракту исполнила свою мечту — расширила личный «арсенал» фототехники аппаратами высокого класса.
Заявление на соцконтракт для Екатерины — это один из шагов (многих) на пути к реальному воплощению мечты в жизнь. А формула мечты самая простая, её изобрел ещё Конфуций: занимайся любимым делом, и ты не будешь работать ни дня в своей жизни. Правда, в какой-то момент героине нашего номера пришлось решиться на шаг из зоны комфорта — оставить хорошее место, хорошую должность и карьерные перспективы ради семьи. Как говорили древние мудрецы, за благие намерения сама судьба воздаст сторицей.
В интервью «Каменским известиям» Екатерина Татарникова рассказала о том, как она прошла путь от фотографа-любителя с дешевой «мыльницей» до профессионального оператора фотосъемок с собственной студией и целым «лагерем» благодарных клиентов.
— Екатерина, расскажите, почему вы с вашими талантами не попытали счастья в мегаполисах?
— Нашу семью можно смело назвать исконно каменской. Я, конечно, как и многие, получала высшее образование в Барнауле, но меня постоянно тянуло домой. Честно говоря, огни большого города меня никогда особо не прельщали.
— На кого учились, если не секрет?
— Закончила Институт экономики и управления по специальности менеджер.
— И решили, что душный офис — не для вас?
— Ну почему же, я около четырех лет работала в банковской сфере, а потом меня переманили в коммерческую структуру, где я добилась должности коммерческого директора. Это был томский крупный холдинг, и пару лет до декретного отпуска я поработала на руководящем посту.
— Не поверю, что стало скучно.
— Для меня была интересна не именно эта сфера, мне всегда нравилось работать с людьми. В том холдинге была классная команда. Потом приоритеты компании поменялись, и она покинула каменский рынок. И как раз я ушла в декрет, затем во второй.
— Итак, вы поменяли собственные приоритеты в пользу семьи, и в то же время проснулся интерес к фотосъемкам?
— Насчет семьи вы правы, образы деловой женщины и мамы не очень вяжутся в моем понимании. А фотография в моей жизни появилась, когда мне было 25 лет. То есть почти сразу после вуза.
— Сейчас каждый второй считает себя фотографом, тем более всё для этого в плане техники есть. В какой момент вы поняли, что у вас получается и этим можно заниматься серьезно?
— Действительно, сегодня даже у средних телефонов качество съемок такое, о каком в середине «нулевых» можно было только мечтать. Я вообще начинала с дешевой «мыльницы» — может, помните, были такие простенькие цифровые аппараты. Может, всё это и осталось бы на уровне хобби и со временем ушло на второй план, но в то время люди, чье мнение для меня является авторитетным, поддержали меня в этом начинании. Ну а молодость — там же вообще страхов никаких нет, только чистая энергия. Но, признаться, очень долго я занималась фото просто по зову сердца, о монетизации даже не задумывалась.
— И это всё ещё хобби для вас? Я имею в виду, всегда есть риск, как бы точнее выразиться, направить свои таланты во что-то сугубо прикладное, в ремесло. Вам не чуждо сейчас очарование творческого поиска?
— В большей степени фото остается для меня именно хобби. Просто со временем, за счёт того, что клиентура постоянно росла и продолжает расти, сформировался стабильный доход. А поскольку клиенты приходят и не уходят, этот доход прогнозируемый. То есть им можно управлять.
— Это в вас менеджер говорит?
— В любом деле должен быть экономический расчет. Но я, всё-таки, к фотографии отношусь не как к профессии или бизнесу. Она больше для души. Просто повезло объединить две составляющие, можно так сказать.
— Хорошо, но я пытаюсь понять другой момент. Взять, например, художника. Сначала он пишет на холсте, чтобы учиться. И он учится ровно до определенного момента, когда начинает понимать, что теперь работы достойны выставки и потенциальных покупателей. Наверное, и у вас был момент, когда вы это грань почувствовали?
— Я не уверена, что в творчестве вообще существуют эти границы, а особенно планка, выше которой нет роста. Мастерство требует постоянного повышения, и это касается любого хобби и профессии, не обязательно творческой. Развиваться нужно постоянно, бесконечно, а для этого необходимо себя в чем-то реализовывать. Сегодня я даже не могу с уверенностью сказать, что добилась каких-то там супер-результатов. Возможно, я просто по характеру такой человек, который не останавливается на достигнутом. Можно поставить перед собой цель, а потом, по мере её достижения, отодвигать её ещё чуть-чуть дальше.
— Вы учились фотографированию или это чисто природное чутьё? Часто бывает, что художники являются по умолчанию хорошими фотографами, потому что видят свет и композицию.
— Изначально художественный взгляд на мир нам с сестрой — она тоже фотограф — прививала мама. Она сама очень хорошо рисует, и мы это от неё унаследовали. Наверное, поэтому я убеждена, что самое ценное вложение, лучшие наши инвестиции — это дети. Кстати, именно по этой причине я после двух декретов подряд не вернулась в офис. Возвращаясь к теме фотографии, ей я не прекращала заниматься никогда. Помню, в роддоме на второй день уже записывала клиентов на фотосессии. Не подумайте, что я помешана на заработках — ко мне обращались друзья и знакомые, а им трудно отказать.
— Вы специализируетесь на портретах?
— Ну почему же, не только художественная съемка в студии. Очень нравится снимать репортажи — когда видишь положительные эмоции людей через объектив, сам заряжаешься этой энергией. И я как будто не работать туда иду, мне иногда даже кажется, что меня просто пригласили в гости. А я потом дарю людям светлые воспоминания, запечатленные в кадре.
— Вы упоминали, что неплохо рисуете. Не пробовали реализовать себя в амплуа художника?
— Скажем так, наша с сестрой любовь к рисованию и изобразительному искусству в целом пару лет назад воплотилась в ещё один проект — арт-пространство, где мы встречаемся с творческими людьми, которые хотели бы себя реализовать, да и вообще развиваться в этом направлении.
— Я как раз недавно думал об этом, что творческий человек несвободен перед своими идеями, творческий замысел живет внутри своей жизнью, и гармонию с самим собой можно найти только в том случае, если этот замысел воплощается в жизнь. Получается, вы даете другим людям выпустить творчество наружу?
— Да, наверное, это можно трактовать таким образом. Вообще, арт-пространство у нас виртуальное, что-то вроде онлайн-галереи, но есть и реальная площадка. Мы арендуем зал в одном из кафе, собираемся там, тусуемся, рисуем, фотографируем, к нам приходят взрослые и дети — в том числе мои. Для этого мы с сестрой закупили необходимое оборудование, краски, мольберты, кисти. Нам в этом деле помогает профессиональный художник и педагог — Елена Букреева.
— Креативите вовсю, в общем. Давайте вернемся к социальному контракту. Насколько этот опыт был для вас полезен?
— Трудно выразить словами, насколько я счастлива, что в нашем управлении соцзащиты мне одобрили заявку, причем на максимальную сумму! О соцконтрактах я узнала от своих знакомых, а также информация об этой мере поддержки постоянно мелькает в соцсетях и СМИ. Конечно, мы давно уже работаем не на «мыльницах», но о камере высокого класса мне до недавних пор приходилось только мечтать. Копить — трудно и долго, кредиты — дорого. На средства соцконтракта я купила новую камеру со встроенной функции ретуши и цветокоррекции, два объектива, производительный ноутбук, который необходим для работы с профессиональными программами. С новой техникой работать легче.
— А где вы базируетесь?
— С фотостудией у нас получилось всё прекрасно: мы оборудовали её в семейном доме, где сейчас живет мама. Не нужно тратиться на аренду — это большой плюс. В студию есть отдельный вход, то есть мы никому не мешаем. Кстати, мы её обустроили, когда мне было 25 лет и я работала в банке. Взяла кредит, на который мы купили оборудование, студийные лампы и фоны. И счастью нашему не было предела. Наверное, уже тогда я понимала, что фото со мной — всерьез и надолго!
Максим ПАНКОВ. Фото из архива Екатерины ТАТАРНИКОВОЙ.
