Обычная улица, частный дом возле проезжей трассы. Подобных домов в нашем городе много, но то, что увидишь, переступив порог усадьбы, запомнится надолго. В солнечный день ощущение, что попал на юг России или в солнечную Италию. Виноградные лозы оплетают арки, создавая зеленые стены и коридоры. Можно прогуляться по тропинкам, уклоняясь от нависших над головой гроздьев. Черный, розовый, зеленый, мелкий, крупный, продолговатый – трудно представить, сколько сортов и килограммов этих чудесных ягод зреет на приусадебном участке семьи Мылтысовых.

Педагог, технолог с продовольственным образованием Светлана Мылтысова никогда в жизни бы не подумала, что станет профессиональным виноградарем в условиях Сибири. А началось все с книжки по виноделию, которую подарили ей студенты, заметив, как тянет их наставника к этому делу. Шел 1998 год. Книгу прочитала на одном дыхании, но за дело не взялась. По-настоящему все началось во время паломнической поездки в Израиль.

Там Светлана посетила небольшой городок под названием Кана Галилейская. Этот город известен тем, что именно в нем Иисус Христос совершил свое первое чудо, превратив воду в вино. Она знала эту библейскую историю, но не знала, что именно она станет отправной точкой дела, которому отдала уже больше десяти лет жизни.

В Кане Галилейской наша героиня попробовала настоящее вино, подобного которому не пробовала за всю свою жизнь. Видела огромные каменные сосуды, которые были найдены в ходе археологических раскопок.

Возраст чаш исчислялся двумя тысячелетиями. Именно такие стояли на свадьбе, которую посетил Христос.

Удивительно, но первое чудо Сына Божия было связано с праздником, радостью и соком виноградных ягод.

«Меня настолько поразил вкус вина, которое попробовала в Кане, что домой привезла бутылок пять разного, — вспоминает Светлана Мылтысова. — Когда домашние его отведали, тоже были поражены, сказали, что оно радует душу.

Я не скажу, что я любила вино до этого, относилась к нему абсолютно безразлично, но то, что продается в магазинах – это абсолютно другой продукт.

В общем, стала я задумываться, как же сделать хоть что-то подобное.

Начала с разведения винограда. Дело пошло не сразу. В первый год сделала слишком глубокую траншею, вода залила саженцы, из шести выжило только два. Потом в красивых коробочках покупала черенки. Три года прождёшь, получишь совершенно другой результат, чем был нарисован на упаковке.

Осознанно выбирать сорта начала, когда появился интернет. Не только выбирать, но и изучать. Целый год по субботам ездила в барнаульский клуб виноградарей. Занималась, набиралась опыта. Дополнительно черпала информацию из книг».

С 2015 года через ее участок прошло 100 сортов винограда. За этими цифрами скрыт колоссальный труд, ведь урожай с виноградной лозы можно снимать только на четвертый год после посадки. Лишь на третий год лоза дает «сигналки» — несколько гроздьев, по которым можно судить о качестве и вкусе.

«Новые сорта изучаю экспериментальным путем – укореняю, три года ухаживаю. Если обнаруживаются дефекты или по вкусу не понравился, то сорт вывожу. Так сортов тридцать у меня не прижились, — рассказывает сибирский виноградарь. — Потихоньку заразила своим увлечением мужа. Сначала он скептически к этому относился. Недоумевал:  «На севере, в Сибири, виноград?». Когда же попробовал первое вино собственного урожая, согласился помогать.

«Я на ее увлечение отреагировал поначалу с криком и шумом, был против категорически.

Виноградари — настоящие фанатики. Виноградомания у них какая-то. Однако волшебнее цветов, чем у этого растения, я ещё не видел. Когда кусты распускаются — у одного розовая почка, у другого сиреневая, у третьего зелёная. Он вообще не позволяет оторвать от себя взгляд. А какой аромат стоит, вы не представляете!».

Сорта подразделяются по срокам созревания — раздвигая крупные листья, показывает женщина во время экскурсии по владениям. В условиях Сибири выращиваем очень ранние и ранние. У очень ранних срок созревания примерно 90—95 дней, до 120 дней — у ранних. Среднеранние в нашем климате не вызревают, поздние тем более.

Технические сорта используют для вина и соков. Это сорта, в которых много сахара и влаги. Столовые сорта хрустящие, мармеладные.

Вообще, с виноградом всё испытывать приходится опытным путем. Нигде не найдете исчерпывающую информацию. Возьмите от меня черенок и посадите на своем участке – у вас может быть абсолютно другой вкус.

Про него говорят: «Виноград — место». То есть не угадаешь, каков итог будет и что повлияет на вкус и сочность.

Ещё есть такое понятие, как сумма активных температур. Кирпичики, плёнка, шифер, которыми укрыт виноград – все это влияет на сумму активных температур.

От момента, когда весной открываем его, и до момента, когда осенью закрываем, — сколько температуры он накопит? Чем больше накопит, тем будет лучше развиваться и накапливать сахара.

В Сибири растут специально выведенные гибридные сорта. Выведением занимаются селекционеры, но процесс, как я говорила, очень долгий, если учесть, что «сигналки» появляются лишь на третий год.

Раньше институты этим занимались, и сейчас существует Новочеркасский институт виноградарства.

Мы же вынуждены использовать неиспытанные гибридные формы. Селекционер вывел — продал. Виноградари проводят испытания. По итогу уже принимаем решение, убирать или оставлять.

Недавно избавилась от сорта «София». Одна его гроздь полностью занимала ведро. Красивый, прекрасный сорт, но трескался и лопался. Получается, четыре года испытаний привели к тому, что он совершенно не годится для наших широт.

Виноградарство – это такое дело, которому нужно учиться всю жизнь.»

«Память учителя», «Эверест», «Дарья», «Юбилей Новочеркасска», «Юлиан». Светлана будто в лицо знает каждый сорт, его вкус и качества.

Кстати, сравнение с лицом в тексте мы используем неспроста. Опытные виноградари зачастую сравнивают это растение с человеческим телом. Ноги – это корни, само тело располагается под землей, руки до плеч – это виноградные лозы. Если понять, какие манипуляции проводить с частями виноградного тела, то обязательно будет успех.

Кстати, наша героиня – настоящий блогер. Ведет свои группы в соцсетях, где делится опытом, отвечает на вопросы и вместе с подписчиками проводит исследования и эксперименты. К слову сказать, подписчиков у нее больше, чем у официальных сообществ виноградарей города Барнаула. Мы и сами не предполагали, что в Каменском районе сотни людей, которые всерьез этим увлекаются. С единомышленниками из краевой столицы Светлана тоже знакома, даже посещала их ярмарки-выставки.

Отдельно стоит сказать о ее участке. Ощущение, что каждый сантиметр земли здесь является полезной площадью. Засажено абсолютно все – благоухают и цветут цветы, ровные ряды мощных помидоров, свекла, морковь, ягода, груши, яблоки. Чего здесь только нет, но главное место занимает виноград, который с годами все больше вытесняет остальные растения. К слову, у Светланы Николаевны он поспевает быстрее, чем у коллег из краевой столицы. Все из-за суммы накопленных температур, которые она начинает нагонять с апреля.

Как нельзя кстати пришлось ей и ее супругу образование технологов. Благодаря этому в виноделии не возникло никаких проблем. Они и сок виноградный для внуков и детей изготавливают, сохраняя все полезные свойства ягод. Недавно и у сына Алексея проснулся интерес к занятиям родителей. Несколько лет назад заложил свою первую траншею с виноградом. Потихоньку начал перенимать навыки.

«Вы приходите к нам в августе, будет не только красиво, но и вкусно, — улыбаются супруги, — гроздья в это время все цветные висят. Знаете, как нарядно!».

Однако труд виноградаря очень тяжелый, поэтому этим издревле занимались только мужчины. В Сибири этот труд вдвойне тяжел: накрыть на зиму, открыть зимой, сделать обрезку, сформировать лозы, обработать, сжечь обрезанное — все это забирает много сил и времени. В Краснодаре даже институт виноградарства есть. Обучение длится пять лет, по итогу – диплом о высшем образовании. Вот такая непростая ягода.

«Виноград содержит большой комплекс микроэлементов. Калий особенно полезен для сердца, употребление ягод помогает очистить кровь, — продолжает Светлана, — особенно идут на пользу человека красные столовые вина. При изготовлении вина ягоды не проходят тепловую обработку. Всё, что есть в них полезного, сохраняется.

Меня всегда смущает магазинный виноград – ягодка к ягодке и не портится. Особенно зимой такой наблюдаю – ягоды, как новогодние игрушки. Страшно такой покупать.

Знаю, что, чтобы выращивать такой идеальный, используются специальные препараты на разных этапах роста и созревания. Происходит мощная обработка химией, действие которой на организм человека до сих пор не изучено. Хоть промывай, толку не будет. Препарат находится внутри всего растения и попадает в ваш организм. Поэтому-то при долгой транспортировке он не портится, не плесневеет. С натуральным продуктом это невозможно.

Мы для себя выращиваем, для пользы и здоровья. Никогда не покупаем его в магазинах. Думаете, страны — поставщики думают о нашем здоровье?

1 of 42

На эту тему у меня есть особенные слова: пора России возродиться, к своим товарам воротиться. Пора начать производить, а не чужое привозить.

Я все вспоминаю про первое чудо Христа – ну Он бы не превратил воду во вредный, неполезный продукт. По сути, виноград – это его первое чудо. Чудо для нашего организма и здоровья».

Юлия РАССКАЗОВА. Фото Константина ЗЯТЬКОВА.

Он – опытнейший лор-врач, она – один лучших кардиологов в регионе. За их плечами несколько эпох в развитии страны, которые они пережили в белых халатах, не отходя от своих пациентов.

В прошлом — СССР, перестройка, лихие девяностые, когда не платили зарплату, и чтобы пропитаться, приходилось держать хозяйство и самостоятельно выпекать хлеб. В прошлом работа на износ, когда в неделю выпадало по шесть дежурств и жить приходилось в буквальном смысле в стенах больницы.

В настоящем – спасенные жизни, благодарные улыбки и бесконечные «здравствуйте» на городских улицах. 46 лет супруги Володько по-настоящему отдают себя людям, подтверждая слова Гиппократа, сказанные почти 2500 лет назад: «Из всех наук, без сомнения, медицина самая благородная».

СТУДЕНТЫ ИЗ ТОМСКА

Свела две судьбы вместе тоже медицина. Сергей и Надежда учились в Томском медуниверситете на разных направлениях. Познакомились, полюбили друг друга, а на пятом курсе сыграли студенческую свадьбу. Кстати, оба уроженцы Каменского района. Надежда Кузьминична родилась в ныне исчезнувшем поселке Курский. Сергей Николаевич – коренной житель Камня-на-Оби. Город свой любит, и покидал его только во время учебы и отпусков. Она же в детстве с родителями переехала в Киргизию. Однако когда молодожены вернулись в Камень, город не был для нее незнакомым, так как в одном из православных храмов города она была крещена ребенком.

«Мои родители очень хотели, чтобы я стал врачом, — вспоминает о серьезном жизненном выборе Сергей Володько, — всё-таки профессия это достаточно звучная и ответственная. Так я и нашел себя».

«В то время медики везде на слуху были. Профессия врача была очень почетной, — присоединилась к воспоминаниям о прошлом его супруга Надежда Володько, — начинала я свою работу в Каменской больнице в терапевтическом отделении. Потом здесь решили открывать кардиологическое отделение. Меня отправили на специализацию в Новокузнецк. Там четыре месяца проходила первичную специализацию по кардиологии в Государственном институте усовершенствования врачей. Получила свидетельство кардиолога. И так сложилось, что с момента образования кардиологического отделения в этом городе я — заведующая».

За почти пять десятилетий супруги в профессиональной деятельности повидали многое. От частых ножевых ранений и серьезных травм в лихие девяностые до совершенно невероятных случаев.

«Помню, привозят мужчину лет шестидесяти. Где-то неделю он проходил с перерезанным от уха до уха горлом, — вспоминает лор-врач. — Как выжил? Кровь свернулась, а он жил обычной своей жизнью, зиял огромной раной. Во время обработки даже солому из пореза вытаскивали. И выжил, главное!

Плохо, что нет узких специалистов в близлежащих районах, поэтому везут всех к нам, что в кардиологию, что ко мне. Просто огромная нехватка узких специальностей».

«Моя работа – это огромная ответственность, потому что отвечаешь за жизнь людей, — говорит Надежда Кузьминична, — если что-то не получилось, назад уже не вернёшь, не откатишь. Постоянно думаешь о том, чтобы ничего не упустить, не пропустить. Домой придёшь, а в голове работа, люди».

Кстати, опытные доктора уже ощутили на себе результаты государственной программы «Земский доктор». Благодаря ее реализации, у обоих появился надежный тыл. Сейчас в отделении кардиологии Каменской межрайонной больницы впервые за долгое время работает молодой кардиолог. До этого Надежда Кузьминична работала совершенно одна.

Вместе с Сергеем Николаевичем уже три года трудится молодой лор-врач.

«Это огромная помощь, а то как белка в колесе крутишься в поликлинике, потом в стационар, потом в детскую, — улыбается доктор, — теперь есть надёжный тыл, можно чувствовать себя спокойно. Нас же и по ночам вызывают очень часто. Всякие проблемы неотложные случаются: то носовое кровотечение, то какие-нибудь инородные тела, в носик ребёнок чего-то затолкал.

Кстати, на праздники, когда вся страна отдыхает, ещё чаще вызывают, особенно к детям. Так и живём. Куда деваться? Выбрал профессию, значит, должен соответствовать».

НАДЕЖДА ПРОТИВ ГЛАВНОГО УБИЙЦЫ ПЛАНЕТЫ

Конечно, не поговорить о тонкостях профессии мы не смогли. Поговорили и о современной медицине, и о болезнях, которые, как принято сейчас говорить, молодеют. Не часто удается взять интервью у врачей с таким опытом, учитывая, что сердечно-сосудистые заболевания – главные убийцы на планете Земля. Что говорить, ни одна война не забрала столько жизней, как гипертония.

— Надежда Кузьминична, как изменилась медицина за 46 лет вашей работы?

— Медицина технически очень серьезно продвинулась вперед. Однако скажу, что в советское время относились к обучению специалистов более ответственно. Я была на специализациях в национальных исследовательских центрах кардиологии имени Чазова в Москве, имени Мешалкина в Новосибирске, проходила обучение в кардиоцентре Санкт-Петербурга, множество специализаций в Барнауле.

Нас учили очно, мы сдавали экзамены, получали свидетельства – все как положено. Причем учились у больших специалистов, профессоров. Лекции, практические занятия, разбор больных — всё было.

Сейчас такого нет. Сейчас много надежд возлагают на компьютер почему-то.

— Вам приходится сталкиваться с самым страшным для каждого человека – со смертью. Как удается с этим жить?

— Смерти переживаются, как будто своего родственника теряешь. Каждая смерть бьет по тебе. Равнодушно к этому нельзя относиться. Такие ситуации долго в голове прокручиваешь. Это самое тяжелое в нашей работе.

— Еще один неприятный для обывателей вопрос, но вы с этим сталкиваетесь, это часть вашей работы. Вас не пугает морг, работа, которую там приходится выполнять?

— Я отношусь к этому профессионально. Ко всему привыкаешь. Меня морг не смущает. На вскрытии я могу увидеть причину смерти, подтвердить диагноз. В следующий раз уже буду знать, что происходит в организме пациента при такой клинике. Это дополнительное образование. Сходил в морг, посмотрел, какая клиническая картина была, и что мы видим в результате.

— Если сравнивать с прошедшими десятилетиями, смертность увеличилась или уменьшилась на фоне технического прогресса и усовершенствования лекарств?

— Я считаю, что смертность осталась на одном уровне, потому что раньше обращаемость была меньше. Сейчас все люди стали обращаться за медицинской помощью. Раньше многие дома умирали. Кто не знал, что надо обратиться, кто не мог, у кого транспорта не было, чтобы из деревни доехать до медучреждения. Сейчас скорая помощь выезжает до сел, раньше такого не было.

— Далеко ли мы ушли в кардиологии от уровня Советского Союза?

— ЭКГ, УЗИ, велоэргометрия — всё это проводилось и тогда, но сейчас основной метод для диагностики ишемической болезни сердца — это коронарография. С помощью этой процедуры находится пораженный атеросклеротической бляшкой сосуд. Туда вставляется стент, то есть расширяется сосуд, проходимость восстанавливается.

Больные тяжёлые, крайне тяжёлые попадаются. Я постоянно на телефоне, с кардиоцентром в Барнауле связываюсь. Отправляем иногда в день по два человека в краевую столицу с инфарктами, с острыми коронарными синдромами для оказания высокотехнологичных методов лечения: коронарография, стентирование.

— Читала интервью с одним кардиологом, там говорили о том, что глаза — это зеркало состояния сосудов. Как вы к этому относитесь?

— Раньше подобное мнение было модно. Кто-то даже пытался быть диагностом по глазам. Конечно, эффекта от этого не было, и веяние моды ушло.

— Какие на сегодняшний день самые распространённые заболевания сердечно-сосудистой системы встречаете?

— Самая распространённая — гипертоническая болезнь. Нарушений ритма сердца очень много сейчас — у кого экстрасистолия, у кого мерцательная аритмия.

— Как человек может понять, есть ли у него риск развития сердечно-сосудистых заболеваний?

— Первый риск – это семейный анамнез. Если у вас в семье ранее были смерти от сердечно-сосудистых заболеваний, значит, наследственность уже какая-то имеется, есть какая-то патология. Например, высокий холестерин, сахарный диабет, вес.

Тогда надо понимать, что необходимо обследоваться на наличие сердечно-сосудистых заболеваний. Сдать кровь на холестерин, потому что если холестерин высокий, значит идёт окклюзия коронарных артерий и вообще артерий во всём организме. Поэтому, имея семейный ишемический анамнез, надо в раннем возрасте, уже после сорока лет, обязательно сдавать кровь на холестерин, следить за давлением. Повышенное давление — тоже риск коронарных болезней.

Если у человека высокое давление, значит, его надо лечить, не доводить себя до состояний инфаркта или инсульта. Если все своевременно делается, то возможно предотвратить такой исход.

Важно помнить, что болезни передаются генетически.

— Часто в своем отделении одних и тех же пациентов встречаете?

— Да, достаточно часто. Тех, которые лечатся, как положено, пореже. А тех, кто у нас пролечился, домой ушёл и ни одной таблетки не принимает, время проходит, они опять здесь.

— Здоровый образ жизни может спасти от сердечно-сосудистых заболеваний?

— Кроме ЗОЖ необходимо, чтобы нервная система была в стабильном состоянии, а работа у всех нервная. Когда человек перевозбуждается, происходит выброс норадреналина, сосуды сужаются. Вот вам повышение давление чисто на эмоциональном уровне. Даже не потому, что произошел склероз сосудов, а из-за переживаний.

— То есть адреналин, экстрим — это не всегда хорошо?

— Не всегда. Когда происходит спазм сосудов, повышается давление. Физические нагрузки тоже повышают артериальное давление, плюс нервные стрессы.

— Какие физические нагрузки являются самыми оптимальными для гипертоников?

— Скажу, что ходьба — самый оптимальный вариант, и перегрузок нет, и обмен веществ нормализуется. Проходить 3-5 километров в день достаточно для нормального самочувствия. Ходьба не травмирует человека.

— А силовые виды спорта? Бокс, борьба?

— Силовые упражнения для гипертоников противопоказаны. В боксе что хорошего? Ничего. Только вред здоровью. Бьют же по голове. Два раза ударили, небольшая гематома образовалось, началось давление. В грудь удар — в этот момент может произойти нарушение ритма сердца. Это как механическая дефибрилляция. Когда сердце останавливается, мы же бьём по нему, чтобы восстановить работу. А здесь люди добровольно бьют друг друга в грудь, причем с силой. Подобное может вызвать даже остановку сердца.

— На ваш взгляд, интеллектуальная работа в прошлом влияет на прохождение старости, на замедление проявления процессов деменции? Интеллект может замедлить подобные процессы?

— Трудно сказать. Но активность должна быть во все годы. Думаю, что если ничем не заниматься, то быстрее состаришься, а когда нагружаешь мозг, сосуды лучше работают. Если сидеть и ничего не делать, скорость кровотока уменьшается. Когда чем-то занимаешься, усиливается обмен веществ, а когда лежишь, ничего не делаешь, всё застаивается, холестерин будет больше откладываться на сосудах. Вот почему ходьба 3—5 км в день активизирует обмен веществ.

Много болезней возникает от атеросклероза, отложения холестерина в сосудах головного мозга, сердца и в других местах, поэтому следить за его уровнем необходимо. Если уровень большой, начинать лечение — пить статины на постоянной основе. Некоторые немножко попили и прекращают. Если уж начал лечиться, значит, настраивайся на постоянный приём без перерыва.

— То есть вы к приему статинов положительно относитесь?

— Я положительно отношусь. На практике вижу, что у человека, который  принимает статины, уровень холестерина снижается.

В общем, надо заниматься и физическим, и умственным трудом, тогда и продолжительность жизни будет больше.

— Хорошее настроение и позитивные эмоции помогают здоровью?

— Конечно. Помогают на всех уровнях. Состояние духа — это же основа. Если духа в тебе нет, то и жизненные силы тебя быстро покинут.

Хорошее настроение — хорошее давление. Плохое настроение, нервничаешь —повышается давление, выбрасывается больше норадреналина.

— У вас были в практике случаи чудесного исцеления?

— У меня все хроники. Если уж он начал болеть, то это на всю оставшуюся жизнь. Просто лечиться надо правильно. Стабильно принимать всё, как положено.

Кардиологические больные — это если есть диагноз, то он уже никуда не денется.

СЕРГЕЙ ВОЛОДЬКО: «ВНИМАНИЕ И СОПЕРЕЖИВАНИЕ — ГЛАВНОЕ»

— Сергей Николаевич, как в вашей многолетней практике отражается прогресс в медицине?

— Если честно, все случаи за 46 лет не вспомнить. Вот, пришло на ум, помню, пульмонологи отдают больного. Больной слепнет, теряет зрение. От чего? Начинаем разбираться. Абсолютно непонятная ситуация. Но сейчас у нас появилась компьютерная томография. Это такой метод обследования, который выручает нас очень хорошо. И вот на КТ мы нашли опухоль головного мозга, которая поразила зрительные нервы и распространилась на пазухи носа.

 — Как спасаетесь от стресса, работа ведь очень нервная, напряженная?

— Конечно, у докторов очень страдает нервная система, потому что в любом случае сопереживаешь, если что-то не получается, если с больным эффекта нет от лечения. Червяк грызет: как сделать так, чтобы человек поправился, и все было хорошо?

Я, кстати, давно знаю, что для больного главное – внимание.

Что касается стресса, спорт, рыбалка, охота — да всё, что угодно, лишь бы отвлечься от больницы. Теперь можем себе позволить в отпуске съездить на море. Как дети выросли, мы стали свободнее.

Без восстановления невозможно работать. Если у тебя в жизни только работа и дом, то будет очень сложно, ведь постоянно находишься в каком-то напряжении.

Интересно, идёшь по городу, с тобой люди здороваются через одного. Ты уже и в глаза-то никого не помнишь, а у них в памяти остался. Просто, когда работаешь слишком долго, оставляешь за собой достаточно большой след. И Надежда Кузьминична тоже это знает.

— Как вам удаётся избегать конфликтов,  мир сохранять в семье?

— Вопросы вы, конечно, непростые задаёте. Надо быть умным, понимать друг друга. Когда-то можно и отступить, когда-то можно в сторону уйти.

— В семье кто-нибудь из детей и внуков пошел по вашим стопам?

— Мы воспитали двух дочерей. У старшей дочери две девочки, у младшей два мальчика – наши внуки.

Внучка пошла по нашим стопам — учится в медицинском. Младшая дочь закончила фармацевтический факультет Алтайского медуниверситета, не захотела быть практическим врачом. Работает провизором в краевой больнице. Зять у нас доктор – врач-уролог в Барнауле.

 — Не было желания махнуть рукой и уйти из медицины?

— А куда уйдёшь из медицины? Это такая профессия, из которой не уйдёшь, которая выбирается на всю жизнь. Здесь мы нашли себя.

— А из Камня не хотели уехать? Всё-таки некоторые его считают дырой.

— Тут мои родители похоронены, родители супруги тоже. Они нам привили любовь к Камню. Когда были молодыми, перестройка началась, куда было ехать? Потом дети маленькие. Потом они пошли в институт учиться, лихие девяностые начались, тяжело было. Нам зарплату не платили, денег не было. Ехали в село, покупали зерно, мололи на муку, сами пекли хлеб. Разводили кур.

Тогда мы ещё очень много дежурили, по пять, по шесть дежурств было в неделю. День работаешь, ночь дежуришь и остаёшься на следующий день. По сути, жили на работе. А дежурства выпадали нелегкие, чего только не было тогда: ножевые ранения, травмы серьёзнейшие. На период дежурства все отделения в ведении одного доктора, ты становишься ургентным специалистом. Ты должен знать всё помаленьку, сориентироваться вовремя. Если не понимаешь, вызываешь узкого специалиста.

— Есть мечта, одна на двоих или у каждого своя?

— Самое главное — дай Бог здоровья, а всё остальное прилагается. Чтобы подольше без проблем прожить.

Справочно: Статины — это группа лекарственных препаратов, которые назначают, чтобы снизить уровень «плохого» холестерина в крови. Их главная задача — уменьшить риск серьёзных сердечно-сосудистых проблем: инфаркта миокарда, ишемического инсульта, атеросклероза сосудов.

Справочно: Ургентное дежурство — это режим работы, при котором сотрудник (врач, медсестра, лаборант) находится в готовности оперативно отреагировать на поступившего или обратившегося пациента с острым, угрожающим жизни состоянием.

Юлия РАССКАЗОВА. Фото из архива семьи ВОЛОДЬКО.