13 июня 1921 года ВЦИК образовал Новониколаевскую губернию, в состав которой целиком вошел Каменский уезд.  Каменский уисполком стал работать под руководством Новониколаевского губисполкома. В то время в Каменский уезд входило 49 волостей, население уезда составляло 227 094 человека.

10 сентября 1922 года состоялся Каменский уездный съезд духовенства и мирян. На нем было решено присоединиться к Новониколаевской епархии.

Также на этом съезде было избрано Каменское уездное епархиальное церковное Управление (УЕЦУ) в количестве 5 человек: трое от духовенства и двое от мирян. В круг ведения Управления включались все церковные дела, не требующие особого разрешений со стороны епархиальной или местной власти. На содержание Управления отчислялись из церковных сумм всех приходов Каменского уезда 324 пуда пшеницы в год. Председателем был избран священник Петр Хрущев сроком на один год.

Церковное Управление располагалось в одной из сторожек при Градо- Богоявленской церкви, имело свои печать и штампы. Для работы выписывались газеты «Живая церковь»,»Сибирская церковь», «Советская Сибирь» и «Известия ЦИК». Каменское Епархиальное Церковное Управление подчинялось Новониколаевскому Епархиальному Церковному Управлению. Заседания Управления проводились каждый понедельник, на которых рассматривались различные злободневные вопросы: устанавливался  сбор взносов в золотом рубле за нарушение перемещения, за открытие нового прихода, за награждения, за разрешение бракосочетания, за входящую и исходящую бумагу, за пересылку по почте. Взносы принимались так же пшеницей из расчета пуд пшеницы — один рубль золотом.

На заседании Каменского УЕЦУ от 26 апреля 1923 года было постановлено: разбить Каменский уезд на 10 благочиннических приходских округов, присвоить им порядковый номер. В каждый благочинный округ УЕЦУ назначало благочинного, который отчитывался о своей работе в рапортах, доношениях, прошениях, а так же сам бывал в церковном управлении, докладывал о положении церковных дел в благочинии.  Благочинный округа совершал богослужения в своем приходе, проводил общие собрания верующих с разрешения местной власти. Повестки собраний были следующие: избрание церковного старосты, членов церковного- приходского Совета, изыскание средств на содержание прихода. Протоколы собраний посылались в Церковное Управление.

В соответствии с Декретом СНК РСФСР «Об отделении церкви от государства и школы от церкви» от 20 января (2 февраля) 1918 года религиозные организации были полностью лишены права собственности и статуса юридического лица. Всё церковное имущество было национализировано. Однако статья 13 декрета (внесённая лично В. И. Лениным) устанавливала, что здания и предметы культа могут отдаваться местной властью в бесплатное пользование «соответственных религиозных обществ». Такой договор от 29 июля 1923 года был заключён между Каменской Богоявленской общиной и Каменским исполнительным комитетом рабочих и крестьянских депутатов.

Каменские православные христианские общины должны были иметь зарегистрированные Уставы. Чтобы Устав был зарегистрирован, прилагались следующие документы: заявление с просьбой зарегистрировать Устав, протокол общего собрания верующих, список членов учредителей, список членов распорядителей общины, список членов причта, устав Общины. В Уставах Общины имелись следующие пункты: цели и задачи; члены общины; порядок вступления и выбытия; размеры членских взносов; порядок ведения отчетности; сроки и продолжительность общего собрания и предмет ведения; о причте; о церковном старосте. Религиозная православная община признает отделение церкви от государства и государственной школы от церкви, признает социальную революцию. Для достижения своей цели верующие, входящие в религиозное общество, имеют право:

• отправлять религиозные обряды;
• устраивать молитвенные и общие собрания верующих;
• управлять культовым имуществом;
• заключать сделки частноправового характера, связанные с управлением культовым имуществом и отправлением религиозных обрядов;
• участвовать в съездах религиозных объединений;
• назначать служителей культа для совершения религиозных обрядов.

В приходах Каменской епархии при отсутствии храмов разрешалось совершение божественной литургии в частных как жилых домах, так и нежилых помещениях.

В городе Камне в 1923 году, было две действующие церкви: Михайло-Архангельская, построенная в 1916 году и Градо-Каменская Богоявленная, построенная в 1900 году в центре села. В обеих церквях действовали церковно-приходские Советы, которые на своих собраниях рассматривали следующие вопросы: созыв общих собраний прихожан, составление смет доходов и расходов, итоги религиозной комиссии, сбор пожертвований на содержание церквей, о церковной отчетности, утверждение штата причта, организация праздничных служб, о хоре, об иконостасе и др.

На каждую церковь составлялись клировые ведомости (ведомости о церкви).

По клировым ведомостям 1923-1924 годов значится Собор «Во имя Богоявления Господня»,  стоящий  в Каменском уезде Ново-Николаевской губернии,  города Камня. Собор построен в 1900 году по плану № 5, освящен  9-го  сентября  того же года  по  благословению Преосвещенного Макария, епископа Томского и Барнаульского. Здание каменное, с колокольней, в один престол — во имя Богоявления Господня. По штату положено: два священника, диакон и  псаломщик, расстояние  в  200 верст до Епархионного Совета. Ближайшие церкви Градо-Каменская  Михайло-Архангельская,  Михайло-Архангельска в селе Заковряшино в 15 верстах, Пророко-Ильинская селе Дресвянка в 7 верстах. Копии метрических книг с 1882  по 1920 год переданы  местной власти. В приходе указано число домохозяйств — 975,  число душ  2126 мужских и 2372 женских. Причет довольствуется добровольными даяниями, готовыми квартирами, пайком (3 пуда в месяц), пашни и сенокоса нет.

В соответствии с планом переустройства существующей церкви в селе Камень  Барнаульского уезда Томской губернии был  подготовлен проект, согласно которому площадь здания  должна была увеличиться вдвое, но этоу проекту не суждено было сбыться. По техническим характеристикам высота здания 13.5 сажень (28, 72 метра), площадь 504,72 м2  по приблизительном подсчету церковь имеет кубатуру  43 960 м3, по цене 8р.76 копеек за кубометр., итого 38.508 рублей 96 копеек.

В каждом приходе Каменской епархии велись книги прихода и расхода денежных средств, в которых учитывался приход от продажи свеч, просфор, тарелочного сбора, пожертвований. Расходовались средства на выписку церковной литературы, жалованье, на керосин, на дрова, за уборку храма, за хор, вино, квартиры.

Проходили объединенные заседания Епархиального церковного Совета и церковно-приходских Советов (ЦПС) церквей города, на которых рассматривались вопросы: об отправке делегатов на Поместный Собор в Москву, о переводе священнослужителей по епархиям, о путевых расходах ямщиков, о приходском кладбище, обсуждались циркуляры, присланные из Священного Синода Православных Церквей СССР и из Сибирского областного митрополитанского церковного Управления.

При Каменском УЕЦУ была образована экзаменационная комиссия для утверждения в штатных должностях псаломщиков, для принятия сана диакона и священника.

В начале 20-х годов активно разворачивается обновленческое движение в православной церкви. Его истоки — в дореволюционных попытках части духовенства демократизировать церковную жизнь: ввести соборность, выборность сверху донизу, перевести богослужения на русский язык и т.д. Тогда был создан Союз церковного обновления. В апреле 1923 года по инициативе обновленцев проведен Собор православной церкви России. Хотя на нем было представлено более полусотни сторонников староцерковничества и патриарха Тихона, участники съезда приняли резолюции с приветствиями советскому правительству, лично В.И. Ленину, в поддержку советского социалистического общественного строя, в них аннулировалась тихоновская анафема Советам и сам Тихон лишен патриаршего сана.

В июле 1923 года патриарх направил послание советскому правительству, в котором доводил до его сведения, что уже с 1919 года отошел от антисоветской позиции, и заявлял о своей лояльности власть предержащим. В августе 1923 года обновленцы собрали новый съезд, на котором учредили традиционный высший орган — Священный Синод — и утвердили название: Русская православная церковь.

Обновленцы проявляли большую активность для завоевания сторонников.

Каменское УЕЦУ также планомерно осуществляло обновленческую работу всех церквей Каменского прихода. Обновленческое движение проводило в жизнь основные начала, возвещенные Собором: это отказ от политики, лояльное отношение к государственной власти, оживление Соборного начала во всех сторонах церковной жизни, творчество в богослужении, нравственный подъем духовенства и мирян, к чему прежде всего обязывает само название обновленчества. Православной церковью велась борьба с «тихоновщиной», борьба против сектантства во всех его видах и формах. Хотя обновленческое движение твердо и неуклонно стояло на страже Свято Вселенского Православия, положение Каменской епархии было неважное. В докладе УЕЦУ о деятельности на 1 апреля 1924 года говорится: из 70 церквей, числившимися Синодальными, в настоящее время насчитывается 22 синодальных церкви, 43 церкви отошедших от православия в раскол и присоединившиеся к тихоновским епископам и 5 церквей — колеблющиеся.

25 мая 1925 года Президиум ВЦИК утвердил образование Сибирского края с разделением его на округа и районы. Был образован Каменский округ с центром в г. Камне. В Каменский округ вошли: город Камень, Баевский, Битковский, Завьяловский, Каменский, Кипринский, Кочковский, Крутихиниский, Куликовский, Панкрушихинский, Петропавловский, Спиринский, Сузунский, Тюменцевский районы.

Сибирское областное Митрополитанское Церковное Управление предложило Каменскому Уездному Епархиальному Церковному Управлению организовать Каменскую епархию в границах нового округа и благочиния в пределах районов. Каменское уездное Епархиальное церковное управление стало называться Каменским епархиальным церковным управлением с подчинением Сибирскому областному Митрополитанскому Церковному Управлению.

Каменское ЕЦУ выпускало свои бюллетени, указы, обращения и рассылало их во все благочиния епархии. Активные священнослужители епархии за долголетнюю отлично-церковную службу церкви Божьей награждались ЕЦУ скуфьею, камилавкою, грамотой, синодальным благословением, а наперсным крестом с украшениями имело право награждать СОМЦУ по представлению ЕЦУ. Выдавались Свидетельства о награждении от имени Каменской Епархии Градо-Каменского Богоявленского Собора, подписанные председателем епархионного Управления — Архиепископом.

Из письма Каменского Епархиального Совета от 1925 года следует, что в апреле 1924 года была произведена оценка имущества Каменского Богоявленского Собора на сумму 35 966 рублей 65 копеек, а в сентябре того же года осуществлена передача этого имущества пяти уполномоченным членам Богоявленской общины. По итогам данного действия был определен нотариальный сбор в размере 179 рублей 47 копеек с каждого члена общины. На что Новониколаевский Губернский суд сообщает, что данные действия в отношении Богоявленского Собора незаконны.

В двадцатых годах двадцатого столетия у церквей изъято исполнение функции регистрации новорожденных, браков, смертей. По всем благочиниям Каменской епархии был разослан циркуляр о том что, что служители религиозных культов, совершающие обряды крещения, обрезания, погребения, венчания и т. п. до регистрации соответствующих событий в органах ЗАГС, подлежат уголовной ответственности по ст.125 УК только в том случае, если они при этом присваивают себе административные, судебные или иные публично-правовые функции или права юридических лиц (выдача свидетельств, справок, удостоверяющих факт рождения, смерти и т.п.). Служители религиозных культов, совершающие обряды венчания над лицами, не достигшими брачного возраста, привлекаются к уголовной ответственности по ст. 125 УК. Все справки, выдаваемые служителями культов в совершении обрядов крещения, венчания, погребения и т.п., никакой юридической силы не имеют, а потому ни в коем случае не могут подтверждать наличие брачных отношений или фактов рождения и смерти.

За 1928-1930 годы происходит  вливание  духовенства и мирян  Синодальной ориентации Славгородского округа в состав Каменской епархии. По списку приходов и священнослужителей Каменско-Славгородской Епархии за 1930 год значился Кафедральный Богоявленский Собор, на службе состоял протоиерей Петр Хрущев и протоиерей Евгений Пономарев и 8 (восемь) благочиний.

Каменская Епархия была в этот период «вдовствующей». Журнальным постановлением Сибирского областного митрополитанского церковного управления от 26 апреля 1929 года №25 архиепископ Владимир Давыдов был назначен управляющим Каменской Епархии.

Постановлением ВЦИК от 30 июня 1930 года был образован Восточно- Сибирский край, а Сибирский край переименован в Западно-Сибирский.

Каменско-Славгородская епархия по новому административному делению вошла в состав Западно-Сибирской Митрополии.

Постановлением ЗСКМЦУ от 5 марта 1931 года (без номера) приходы бывшего Славгородского округа отчислены из ведения Каменского епархиального церковного управления, причислены к Барабинскому епархиальному управлению. Приходы бывшего Каменского округа оставлены в ведении Каменского епархиального церковного управления с каноническим обслуживанием их митрополитом Петром Сибирским (так в документе), Каменское епархиальное церковное управление сохраняло и осуществляло всю полноту своих административных прав по приходам бывшего Каменского округа.

Из годового отчета за 1931 год  в Каменской епархии числятся: «20 приходов, которые объединены в два благочинных округа. Духовенства в Епархии — 4 протоиерея, 10 священников, 1 диакон, 1 псаломщик. Моральное и материальное состояние духовенства крайне тяжелое. Особенно угнетает духовенство — острая нужда в насущном куске. Помимо многоразличных налогов духовенство еще привлекают к обязательной выборке облигаций по государственным займам на 200 и более рублей и притом в самый кратчайший срок, что при скромном его бюджете в буквальном смысле заставляют нищенствовать. Общины также нуждаются в самых необходимых предметах культа. Нет свечей, ладана, крестиков и пр., а потому материальная сторона общин обстоит плачевно. В некоторых общинах при заключении трудового договора с церковными сторожами предъявляется ставка 60-100 рублей в месяц, что ставит общины в крайне затруднительное положение.

По акту от 9 марта 1930 года участковым надзирателем Административного отдела Каменского округа было произведено изъятие из Богоявленской религиозной общины книг и литературы в количестве 500 штук выпуском с 1819 по 1917 годы.

17 октября 1934 года на заседании Президиума Каменского городского Совета рассматривался акт комиссии по обследованию состояния здания Богоявленской церкви и ходатайство об отсрочке ремонта до 1935 года. Рассмотрев представленные документы, Президиум принял следующее решение. Ввиду того, что непроведение текущего и капитального ремонта приводит к ухудшению технического состояния здания, влечет за собой его разрушение и приведение в полную негодность, Президиум Каменского Городского Совета считает, что Богоявленская община не выполняет обязательства, принятые на себя по договору, тем самым нарушила данный договор. А потому, руководствуясь параграфом 43 постановления ВЦИК и СНК РСФСР, Президиум постановил: договор, заключенный Богоявленской религиозной общиной с Каменским Горсоветом, считать нарушенным. Просить Каменским Райисполком о расторжении договора и изъятии здания церкви из пользования верующих указанной общины. В части ходатайства общины об отсрочке ремонта до 1938 года отказать.

Одновременно с этим Каменский горсовет готовит соглашение о разрешении Богоявленской церкви занять имеющиеся в церковной ограде сторожку и склад для хранения церковных вещей и произвести все действия до 13 ноября 1934 года, однако церковный Совет отказался от данного предложения.

Наряду с глубокими трансформациями в церковно-епархиальной жизни и острыми религиозными перипетиями, в Каменском районе не менее остро стоял сугубо экономический вопрос. А именно: согласно протоколу Президиума городского Совета от (дата отсутствует) № 18, неоднократно поднимался вопрос о недостаточном снабжении спиртоводочным заводом водочными изделиями как города Камня, так и прилегающих к нему районов. Это серьезно отразилось на выполнении финансового плана. В связи с тем, что город и прилегающие территории отрезаны от железной дороги, а заброска вина возможна только в летний период на пароходе, городской Совет просит завод г. Новосибирска обеспечить заброску 30 000 декалитров вина и произвести ремонт складских помещений на территории города Камень.

В соответствии с выпиской из протокола Каменского городского Совета народных депутатов от 17 марта 1939 года  было определено  использовать  кирпичи от разбора здания бывшей Богоявленской церкви на ремонт бани.

Постановлением Президиума Каменского городского Совета от 26 декабря 1939 года (протокол № 33) Градо-Каменская Богоявленная церковь была передана безвозмездно Новосибирскому водликертресту (так в документе) под спирторозливочный завод.

Председатель комитета Администрации Каменского района Алтайского края по делам архивов  Н.В. ТОМИЛЕНКО.

Клавдия Ивановна Белая, наша землячка,— личность во многих отношениях неординарная. Жизнь этой замечательной женщины есть яркий пример бескорыстного и самоотверженного служения Отечеству в переломные, судьбоносные годы его истории. Сегодня военврач-фронтовик, капитан медицинской службы в отставке, кавалер орденов Красной Звезды, Отечественной войны 2-й степени и других государственных наград рассказывает о времени и о себе:

—Трудно было в это поверить: оставалось сдать всего лишь один экзамен, и я — врач! Сбывалась мечта девчонки из сибирской деревеньки. Впереди ждали распрекрасная жизнь, желанная ра­бота… Увы, заветный диплом пришлось мне получить аж через десять лет. Нашествие на страну гитлеровских захватчиков оп­рокинуло планы многих из нас, привнесло в судьбу нашего поко­ления столько испытаний, что не приведи Господь. Ребята, тог­дашние студенты Томского медицинского института, сразу же ока­зались в действующей армии, а девушки разъехались по распреде­лению кто куда. Мне в общем-то крупно повезло, ибо была направ­лена в свой родной Камень, где приступила к исполнению обязан­ностей главного санитарного врача.

Однако вскоре и здесь, в глубоком тылу, довелось заглянуть в холодные, жестокие глаза войны. Случилось это во время коман­дировки в Карасук, Новосибирской области, где разворачивал­ся госпиталь. Под него готовили здание школы. Потом встреча­ли эшелон с ранеными красноармейцами и медицинским оборудо­ванием. До слез было жалко совсем еще молоденьких парнишек и взрослых уже мужиков, побитых пулями и посеченных осколка­ми….

Вернувшись домой, твердо решила проситься на фронт. Считала, что там я буду нужнее, так как врачей тогда было не так уж и много. К моему сожалению, в военкомате заявление отложили в сторонку и сказали: “Ждите”.

Ожидание затянулось до марта 1943 года, пока не пришел в наш город запрос на специалистов. Тут, наконец, подошла и моя очередь идти за военкоматовской повесткой. Правда, дорога на войну была долгой. За Уральский хребет, к Волге. Кстати, наблю­дая незнакомые места, вспоминала рассказ своего деда Алексея Ивановича Яркова о том, как он проделал этот же путь, но только в обратном направлении, пробираясь в Сибирь в поисках лучшей доли. Шел от деревни к деревне, шитьем зарабатывая на хлеб. И вот так он добрался до Дресвянки, что приютилась на берегу Оби, у кромки векового соснового бора. Здесь и осел на постоянное жительство, занимался землепашеством. Не думал, не гадал мой дедушка, что его внучке доведется хлебнуть военного лиха, защи­щая то, что более всего он ценил, — мирную жизнь …

На фронт я попала не сразу: два месяца училась в Саратове на курсах военно — полевой хирургии. Однако война дошла и до этих мест. С целью разрушить мост через Волгу, который являлся важным стратегическим объектом, немецкие самолеты по ночам бомбили город. После окончания курсов меня направили во Вто­рую воздушную армию Воронежского фронта…

Лето 1943 года в полном разгаре. Луга благоухают разнотра­вьем. Но скоро все окрест покроется пылью и копотью, земля бу­дет нашпигована искореженным металлом, перепахана гусени­цами тысяч танков и самоходок. Пятого июля мир стал свидете­лем невиданной до селе схватки бронированных машин. Вот со­дрогнулась земля от мощных артиллерийских залпов. Раскатился по всему горизонту гул. Он все нарастал и нарастал. У бойцов было одно желание: зарыться поглубже, слиться с землей, как бы прося у нее защиты…

—Идут, — подумали все. — Сколько их!

На Курской дуге немцам не удалось взять реванш за пораже­ние под Сталинградом. Неприятель понес огромные потери в живой силе и технике. Но и наши ряды основательно поредели. Ра­боты для нас, медиков, было невпроворот. Не раз вспоминала я в те дни с благодарностью преподавателей медицинского институ­та, которые сумели вооружить нас необходимыми знаниями и на­выками.

После Курской битвы советские войска двинулись на за­пад. В составе Воздушной армии мне довелось участвовать в освобождении Украины, Польши, Чехословакии. Вспомина­ется интересный эпизод. Офицеры нашего полка встречали Новый, 1944 год в украинской хате “священника”, который на деле был артистом оперного театра. Оказывается “сан“ он принял по заданию Киевского обкома компартии и помогал партизанам. Это ли не свидетельство того, что сопротивление на оккупированной врагами территории имело массовый ге­роический характер. Неоценим вклад в победу подпольщиков!

В марте 1945 года мне исполнилось 26 лет, и свой день рож­дения я отмечала в Польше. Так далеко завели меня фронто­вые пути-дороги. А день победы встретила в чехословацком городе Острава Моравская. Не верилось, что войне конец, что не услышу больше стоны умирающих бойцов. Как в кошмар­ном сне, вижу я безногих, безруких людей, молодых, сильных, жаждущих жизни. Нет, нельзя допустить, чтобы потомки за­были, какой ценой завоеваны свобода и независимость нашей Родины.

После окончания войны я была оставлена в штате 65-й от­дельной роты особого назначения, дислоцированной в г. Чер­новцы, что на Западной Украине. Приказ о моей демобили­зации был получен в 1946 году. Но только спустя восемь лет я вместе с мужем, Иваном Федоровичем, вернулась в родные края. Супругу сразу приглянулись и уютный городок на Оби, и кра­савица река, и чудная природа алтайской глубинки.

В Камне меня назначили главным врачом детской больни­цы. Она была в крайне запущенном состоянии, и требовались невероятные усилия, чтобы что-то изменилось в лучшую сто­рону. Толи на роду было написано преодолевать трудности да пре­грады. А скорее всего, время такое выпало нашему поколению. Взять 1958 год. Произошла реорганизация в системе медицинско­го обслуживания: вместо райздравов и горздравов службой стал руководить главный врач; в 1962 году меня назначили на эту дол­жность. Так вот, мне пришлось еще и вникать в вопросы строитель­ства, поскольку было заложено четырехэтажное здание межрай­онной больницы. Там надо было все обустраивать, приводить в соответствие с требованиями. Словом, хлопот хватало, помимо своих служебных обязанностей. Правда и окружающие меня люди были отличными помощниками, классными специалистами. Помню Галину Васильевну Ильницкую, врача окулиста. С какой настой­чивостью она боролась с трахомой, которой в то время было зара­жено около 40 процентов населения. Какое удовлетворение испы­тывала она, когда болезнь пошла на убыль.

Последствия тяжелой операции вынудили меня подать в от­ставку. Моим преемником стал Михаил Яковлевич Величко, ум­ный, деловой человек. При нем в Камне построили детскую боль­ницу, заложили фундамент лечебного корпуса межрайонной боль­ницы, закупили немало совершенного оборудования.

В 1967 году случился очередной резкий поворот в моей судь­бе. Хватит, сказали “на верху”, сидеть в замах у Величко. Пора браться за самостоятельную работу — пойдешь главвра­чом в психбольницу. А там, доложу я вам, меня ждало пре­неприятнейшее известие: произошло расширение “емкости” больничных палат с 250 до 400 коек! Значит опять стройка! Да не только лечебного корпуса, но и диспансера, кухни, прачечной, котельной. А как организовать строительство, многие наслыша­ны: нет того, не хватает этого… Без поддержки секретарей горко­ма КПСС, председателя горисполкома я вряд ли справилась бы с этими сложными, особенно для женщины, делами.

С высоты прожитых лет я вглядываюсь в прошлое и настоя­щее, пытаюсь предугадать будущее. Хотелось бы, чтобы оно у моей страны было славным и счастливым. Хотелось бы, чтобы пришедшие вслед за нами, дожив до седин, тоже могли сказать: —Я счастлива, что родилась, выросла в этой стране, что всю жизнь самоотверженно трудилась на благо ее и что в суровые годы войны защищала ее от врагов.

Имеет награды: Орден «Красной Звезды», Орден «отечественной войны II степени», 6 медалей.

Демобилизовалась фронтовичка в 1946 году в должности старшего лейтенанта медицинской службы.

После войны работала в медицинских учреждениях г. Кемерово, а потом г. Камень-на-Оби Алтайского края. За безупречный труд награждена званием «Заслуженный житель города».

Умерла 31 октября 2011 года.

Материал из архива редакции. Автор Лада РУДЫХ.