Что общего между столяром и музыкантом? Умелые руки. Хотя, есть много других признаков, объединяющих эти две, казалось бы, различные профессии. И то, и другое может (даже должно) быть одновременно ремеслом и искусством. Завершенное произведение столяра и музыканта транслирует творческие начала автора, а главное — оставляют за собой яркий след.
Поводом посетить творческую лабораторию каменского мастера и музыканта Андрея Булгакова стал недавно выпущенный видеоклип на его новую песню. Строго говоря, лабораторий у него две — столярная мастерская и студия звукозаписи. К счастью для него и для нас, обе находятся в одном помещении.
— Андрей, мы не впервые разговариваем о твоем творчестве, а вот в святая святых еще не заглядывали. Да и поговорить хотелось бы как о музыке, так и твоем ремесле по дереву. Кто ты в большей степени — столяр или музыкант?
— По профессии я всё-таки столяр, потому что это основная моя деятельность, обеспечивающая мою семью: а это жена, сын, большой и вечно голодный пёс дратхаар. И ещё кот неведомой дворянской породы, который сейчас тебя грызет и царапает. Он это делает не со зла, а из большой любви к местной журналистике. Столярное ремесло очень люблю, делом этим горжусь — равно как и тем, что за годы работы с деревом сохранил в полной сохранности все десять пальцев на руках. Это важно, потому что на гитаре тоже очень люблю играть. В общем, если говорить о способах заработать на жизнь, ответ однозначен. А если рассматривать музыку и ремесло как хобби, то разделить сложнее… Наверное, я в равной степени гитарист и столяр. Более того, именно музыка сделала меня столяром.
— Я с детства увлекаюсь тяжелой музыкой, у нас даже была рок-группа. В конце 90-х с инструментами было довольно проблематично, особенно для нас — сопляков, которые ещё не имеют своего заработка. Помню, нам каким-то чудом достались старый весьма потрепанный «Урал» и такой же ветеран музыкальных действий — гитара «Аэлита», которой, похоже, даже картошку копали. А играть хотелось на чем-нибудь поприличнее, поэтому пришлось взять в руки столярные инструменты и сделать самому. Я тогда ещё в 8 классе учился. В общем, это была гитара из ДСП и сосны — тяжелющая, зараза. Лады из алюминиевой проволоки. А чтобы смотрелась эстетично, скопировал дизайн c американской гитары Washburn в стиле суперстрат. Счастью, конечно, не было предела. Хотя сейчас я понимаю, что это была просто поделка, довольно грубая. Но опыт пригодился в дальнейшей жизни, какое-то время я практиковался в работе с деревом именно на электрогитарах, а затем расширил свою деятельность. Довольно долго я делал корпусную мебель у одного каменского предпринимателя, какое-то время работал на вольных хлебах. В общем, в этой профессии я около 15 лет.
— То есть ты мог стать успешным «мебледелом», но не стал. Почему?
— На этом рынке сложилась очень большая конкуренция, а я не считаю себя таким уж крутым мебельщиком. Я изначально по специальности был оператором станка с ЧПУ. В итоге я дома оборудовал себе мастерскую и занимаюсь тем, к чему больше лежит душа. Кстати, вот этот станок с ЧПУ, который сейчас тихо гудит себе в углу, я собрал сам: пришлось учиться сварочным работам, разобраться в электронике и ещё куче всего. Знаешь, если делать всё по максимуму своими руками, можно существенно сэкономить — цены на хорошее оборудование где-то в стратосфере. Главное, очень удобно получилось: столярная мастерская находится прямо дома, студия — тут же, за стенкой. И когда я включаю, допустим, станок с ЧПУ на несколько часов, то просто ухожу в студию и работаю там.
— Над чем работаешь сейчас?
— Это заготовка для настольной ролевой карточной игры Гвинт — геймеры меня поймут. Среди мальчиков и девочек от 12 до 50 лет фэндом по компьютерной игре «Ведьмак» пользуется большой популярностью. Да и в целом настолки вошли в новый виток моды, у нас в клубе исторической реконструкции «Сибирские коты» есть даже специальное отделение, им посвященное. Тут как раз пригождаются мои столярные навыки: мы с братом Алексеем делаем большие интерактивные столы со встроенной видео-панелью для игры по системе Dungeons & Dragons, также котируются доски для игры в кости из того же «Ведьмака», исторические игры вроде скандинавского хнефатафла, а также банальные нарды, шахматы и прочее.
— А гитары?
— Ну куда я от них денусь. Последнюю свою работу сейчас покажу. Её, кстати, можно увидеть в двух наших последних клипах. Было время, когда я ездил по лесам, искал какое-нибудь старое упавшее дерево, уже окончательно иссохшее. Можно выбрать какие-нибудь интересные сорта. У нас в Сибири много деревьев, особенно среди плодовых, которые обладают большой твердостью и музыкальностью. Я люблю работать с нашей березой, некоторыми сортами груши, лохом серебристым. Ну и ясень, конечно, правда, беру не местный, а дальневосточный сорт. Часто использую композиты из красного дерева, клёна, палисандра.
— Получается тяжело и одновременно скрепно. Слушай, а начинку для электрогитары где берешь?
— Раньше тоже делал сам, паяльник был моим вечным другом. Сейчас, конечно, проще заказать по интернету. Последняя работа интересна лично для меня тем, что я специально заморочился и сделал подсветку ладов, срабатывающую на прикосновение. В кадре смотрится очень круто. Ну а вдобавок недавно сам сделал для неё кожаный ремень, нашил сверху декоративную часть из настоящей кожи кобры. Не смотри так удивленно, ловил не сам — материал прислали китайские товарищи.
— Раз такой разговор, пошли в студию — благо, недалеко. Когда ты выпустил предыдущий сингл, мы говорили о заметном утяжелении твоей музыки, но все равно та песня «Прощенья больше нет» довольно эклектична, там есть и увесистый гитарный рифф, и танцевальная мелодичность диско 80-х. А сейчас ты презентовал песню «Sister» — и это уже композиция… В общем, я бы не удивился, встретив её в репертуаре современных европейских метал-групп первого эшелона в духе Delain. Это, кстати, комплимент. Так вот. Ты окончательно перешел в каноны метал-музыки?
— Изначально наша эклектичность была связана с тем, что я работаю с разными вокалистками, и у них, соответственно, разные музыкальные предпочтения. Плюс есть определенный ориентир на аудиторию. И всё это позволяет нам не сковываться канонами одного жанра. Ну и стоит добавить, что мы сами себе исполнители и сами себе лейбл, официально зарегистрированный под названием Sphyraena Barracuda. То есть надо мной не висит толпа продюсеров и менеджеров, которые рассказывают, какая музыка лучше продается. Более того, мы вообще не извлекаем прибыть из нашего музыкального проекта. Да, я смотрю, что у одного видео просмотров больше, у другого меньше, но в целом это не имеет значения, так как музыку мы делаем для души, а не для славы.
— Почти все твои клипы сняты в Камне-на-Оби. И вот что интересно, иногда смотришь и думаешь: так, а это где у нас так красиво? Как у вас так получается?
— Спишем всё на магию кино. А на самом деле мы довольно придирчиво выбираем локации для съемок. Сначала просто обсуждаем, где можно снять тот или иной кадр, потом выезжаем на места и проводим там «рекогносцировку». Мы давно работаем с операторами Андреем Пчелкиным и Настей Задорной, глаз у них наметан. А снять это красиво помогают старые объективы. Мы сейчас начали использовать Гелиос 44 с фотоаппарата Zenit, вот поэтому такая «киношная» картинка получается. А вообще, в Камне много красивых мест, чего ты.
— Воистину, красота в глазах смотрящего. А нет желания записать и издать полноформатный альбом?
— Не вижу в этом целесообразности. Ну сам посуди — даже маститые группы, подписанные на крупнейшие западные лейблы, всё чаще переходят в формат синглов и EP. Да и слушатель у нас нового формата, мало кто сейчас берет и слушает 50- или 60-минутный альбом от начала до конца. К тому же, записанные песни уже выпущены официально моим лейблом в виде синглов и собирать их в лонгплей лишено смысла. Пока мы будем придерживаться такого формата: записали сингл, сняли клип, выпустили на доступных ныне платформах.
— Да, точно, красота ещё и в ушах слышащего. Удачи тебе на твоих обоих поприщах!
Максим ПАНКОВ. Фото Константина ЗЯТЬКОВА.
