В Камне-на-Оби прошла стратегическая сессия «Социальный десант-2026». В рамках десанта наши корреспонденты приняли участие в социальном эксперименте. Вместе с семьей инвалида-колясочника мы прошли по важным для жизни человека с ограниченными возможностями объектам города: МФЦ, аптеки, банки, администрация, поликлиника, соцзащита, набережная. В ходе эксперимента мы узнали, насколько доступны эти объекты для человека, который не может полноценно передвигаться.

Стоит отметить, что «Социальный десант» шагает по Алтайскому краю с 2018 года. Главная цель мероприятия – поиск новых решений и подходов к оказанию помощи ветеранам боевых действий, семьям с детьми и гражданам с инвалидностью. Камень-на-Оби стал пятой и завершительной в этом году точкой для проведения важного события.

18 августа каменский лицей № 2 на день стал центром социальной работы региона. В  стратегической сессии приняли участие специалисты соцслужб из девятнадцати районов Алтайского края, руководители Министерства социальной защиты региона, специалисты администраций, управлений социальной защиты, комплексных центров социального обслуживания, Центра социальной реабилитации инвалидов и ветеранов боевых действий, общественных организаций, а также специалисты Государственного фонда «Защитники Отечества» и бюро медико-социальной экспертизы.

О важном событии в социальной сфере региона мы побеседовали с Юлией Ковалевой, заместителем министра социальной защиты Алтайского края.

В прошлом году мы рассматривали очень глубоко и всесторонне тему демографии, семейной политики. В этом году наша встреча посвящена организации работы с людьми с инвалидностью. Это основное направление. В нём выделены разные треки — это реабилитация ветеранов боевых действий, ранняя помощь семьям с детьми и другие направления. То есть те направления работы, которые выходят на первый план и являются для нас, может быть, где-то новыми, не до конца изученными. И мы собираем специалистов для того, чтобы вместе подумать о том, как будем эти направления реализовывать.

— По вашему опыту, есть положительный результат после работы «Социального десанта» в разных уголках края?

— Конечно, потому что мы рассматриваем много разных аспектов. Участвуют в треках небольшие группы людей из разных районов края, поэтому у них есть возможность полноценно пообщаться, поговорить. Специалисты из разных муниципалитетов могут услышать друг друга, рассказать о положительных практиках другим районам, у которых, возможно, этого нет. Благодаря «Социальному десанту» мы можем заимствовать ключевые практики друг у друга. Такой взаимный обмен опытом направлен на то, чтобы решать проблемы.

— В 2026 году Камень-на-Оби стал не единственной площадкой для проведения «Социального десанта» в Алтайском крае?

— Да, соцдесант прошёл в четырёх муниципальных образованиях. Сегодня в нем участвуют 19 муниципальных образований. Точно так же было и в других управленческих зонах – присутствие муниципалитета и близлежащих районов. По сути, каменский «Социальный десант» — это завершающая точка, завершающий аккорд. В следующем году будут новая тема и новое направление нашей работы.

— Последний вопрос. Насколько объёмен пласт населения, помощь которому вы сегодня обсуждаете?

— Сегодня в Алтайском крае проживает порядка 176 000 людей с инвалидностью. Из них порядка 12 000 — это дети с ограниченными возможностями здоровья. Конечно, они нуждаются в нашей помощи и в толерантном к ним отношении.

Итак, участники вели работу по нескольким социальным трекам: «Инвалиды и ветераны боевых действий» – оказание помощи и поддержки ветеранам, участникам специальной военной операции и их семьям; «Маршрутоориентированный подход в создании доступной среды» – разработка индивидуальных доступных маршрутов для людей с инвалидностью; «Равные права – равные возможности» – организация работы местных отделений Алтайской краевой организации Всероссийского общества инвалидов; «Ранняя помощь – поддержка семей, воспитывающих маленьких детей» – помощь семьям с детьми от 0 до 3 лет; «Взаимодействие первичных ветеранских организаций».

Параллельно в конференц-зале администрации Каменского района работала консультационная площадка для граждан в формате личного приема.

А ТЕПЕРЬ К ПРАКТИКЕ

Самым наглядным треком соцдесанта стал «Маршрутоориентированный подход в создании доступной среды». Мы прошлись по Камню-на-Оби вместе с семьей Родионовых. Администрацию Каменского района на маршруте представлял сотрудник комитета по ЖКХ.

Супруги Родионовы воспитывают сына — инвалида-колясочника. Мальчик не может не только передвигаться, но и самостоятельно себя обслуживать. Каково его близким, когда нужно вместе с ребенком попасть в важное для жизни и здоровья место? Первым таким местом по пути нашего следования стал МФЦ. Звонок для вызова специалиста здесь работал, но пандуса не было и в помине. Дело в том, что МФЦ арендует помещение у администрации района и каких либо изменений в конструкцию крыльца не вносило.  Специалисты работают с инвалидами прямо на улице, не в силах переместить коляску в помещение, так как коллектив учреждения исключительно женский.

Далее по мы двинулись к администрации Каменского района. Звонок для вызова сотрудника здесь тоже имелся, а вот заехать в здание можно только с внутреннего двора. Парадный вход пандус не предусматривает.

Больше всего удивил гостей города пандус на спуске к набережной Оби. Он не то, что не соответствует ГОСТам, он опасен для жизни. Почти вертикальный спуск уже становился причиной травм детей, решивших скатиться на нем к набережной на велосипедах. Благо, что посетить прибрежную зону можно с пологого склона у городского парка культуры и отдыха.

По всему маршруту мы сталкивались с похожими ситуациями. К сожалению, не в каждую аптеку может подняться колясочник, чтобы приобрести лекарство. Для семьи Родионовых – это небольшая трагедия, с которой они уже давно свыклись. Без помощи главы семейства в их ситуации из дома выйти вообще нереально.

— Я являюсь мамой ребёнка-инвалида. Мы уже взрослые, — говорит Наталья Родионова, — нам желательно бы посещать взрослую поликлинику. Но, поскольку возможности в нее заехать никакой нет, мы на данный момент в поликлинику не обращаемся. Если же возникнет большая необходимость во враче, специалиста придётся на дом вызывать. Точно так же со сдачей анализов.

Я бы сказала, что наш город очень незначительно социально адаптирован для инвалидов. Где-то возможность есть, но эта возможность, опять же, только с помощью посторонних людей может реализоваться. Непосредственно именно я со своим ребёнком практически никуда войти и въехать самостоятельно не могу. Нам обязательно нужна посторонняя помощь. Пандусы, если где-то они есть, то они практически нефункциональные для нас — либо слишком крутые, либо слишком маленькие, поэтому мы почти никуда не ходим.

Специалисты, обследуя вместе с семьей центр города, отмечали все – отсутствие либо присутствие знаков парковки для инвалидов, наличие пандусов и работающих звонков для вызова персонала.

— Сегодня у нас происходит социальный эксперимент, посвящённый организации доступности для граждан с инвалидностью. С нами представители девятнадцати муниципальных образований края, которые ответственны за создание доступности для граждан с инвалидностью, — поделился Олег Залевский, консультант отдела по работе с инвалидами Министерства социальной защиты Алтайского края. — Наша задача — пройти маршрут инвалида от его места проживания до тех социальных объектов, которые он посещает практически в ежедневном порядке. Это больница, аптеки, социально-бытовые объекты, магазины и так далее. Наша цель — показать на примере, как открывается доступность для граждан с инвалидностью.

По маршруту следования мы нашли очень много препятствий, которые не позволяют человеку на коляске посетить те или иные объекты. Отсутствуют кнопки вызова, либо они не работают, отсутствуют пандусы. К тому же, пандусы должны быть сделаны по ГОСТу, чтобы препятствий у гражданина с инвалидностью не было.

1 of 23

При должном внимании, конечно, всё это можно исправить в рамках тех проектов, тех программ, которые действуют на территории муниципального образования.

ИТОГИ

Важно отметить, что плодотворный рабочий день «Социального десанта» завершился не только практическим обменом опыта, но и грядущей работой над ошибками. Специалисты районной администрации из пройденного с инвалидом маршрута сделали выводы.

— Я вместе с делегацией прошёлся по маршруту вместе с инвалидом-колясочником и для себя выявил некоторые зоны роста, можно так сказать, — рассказал Армен Паносян, начальник отдела дорожного хозяйства администрации Каменского района. — В некоторых местах мы рассмотрим дополнительные пешеходные переходы, чтобы было удобнее и ближе переходить дорогу. В некоторых местах у нас отсутствуют специальные парковки для инвалидов. Тоже этот момент возьмём на контроль и будем над этим работать. Ну и такие текущие моменты нужно предусмотреть, как застой воды и образование луж на пешеходных зонах. В таких местах обычному человеку легко пройти, а инвалиду будет затруднительно. Есть над чем поработать.

Поделилась мнением по итогам совместной работы и Марина Ульянова, начальник управления социальной защиты населения по Каменскому, Крутихинскому и Баевскому районам.

— В Каменском районе проживает порядка 4000 инвалидов и важно понимать, что главная тема «Социального десанта», по сути, касается помощи не только людям с ограниченными возможностями здоровья, но и их близким. Даже наличие пандусов у социальных объектов – это вопрос доступности не только для инвалидов, но и для мам с маленькими детьми на колясках, для маломобильных пенсионеров с проблемами опорно-двигательного аппарата. Что касается городского транспорта – он для таких групп в нашем городе вообще недоступен.

Сегодня вместе с семьей Родионовых специалисты посетили порядка двенадцати объектов. По сути, мы увидели всего несколько точек, полностью доступных для колясочников – это соцзащита, один банк и еще пара объектов.

Кстати, раньше при администрации работал координационный совет по делам инвалидов, сейчас такового нет, а проблемы остаются.

Отмечу, что в ходе «Социального десанта» поднимались различные темы, касающиеся этой группы населения. Ветераны СВО с группой инвалидности, работа отделения Совета ветеранов, где отметили положительный опыт Ключевского района, помощь социальным работникам, испытывающим риски профессионального выгорания.

Было отмечено, что Каменский район – единственный из четырех муниципалитетов, где проходил социальный десант, где присутствовали представители здравоохранения – Каменской межрайонной больницы.

После выступления модераторов и подведения итогов сложилась ясность во многих вопросах и дальнейших направлениях работы. Администрация муниципалитета увидела болевые точки, над которыми стоит поработать.

Юлия РАССКАЗОВА. Фото Константина ЗЯТЬКОВА.

Любовь Зыкова – пенсионерка из поселка Караси. 74 года живет на свете, работала, детей растила, хозяйство держала, пока не подвело здоровье. От подсобного хозяйства пришлось избавиться, но огород-кормилец не бросила. Без него никак — пенсия маленькая, трудно на такую прожить. Землю на приусадебном участке начинала возделывать с ранней весны, потихоньку, помаленьку, не перетруждаясь – с гипертонией не разбежишься. Свои картошка, огурцы, помидоры, зелень, перцы, ягоды – питалась с огорода. В зиму заготовки делала — с картошкой хорошо идут.

В жизни Любовь Ивановна повидала немало, но то, что увидела утром 6 августа у себя во дворе, шокировало. Все, что она сажала, поливала, пропалывала, за одну ночь практически исчезло, превратившись в желтую сушь. Листья огурцов, помидоров, цветов, кустов скукожились, покрывшись белесо-желтыми пятнами. Сначала подумала, что только у нее огород стремительно засох по непонятной причине, но позже встретилась с изумленной соседкой – от ее огорода тоже остались лишь рожки да ножки. За несколько часов выяснилось, что за одну ночь лишились урожая практически все ее односельчане, пострадали поместья жителей Заковряшино и Новоувальска.

Причинно-следственную связь люди установили быстро, ведь накануне, 5 августа, в небе рядом с поселком описывал виражи небольшой самолет. Кукурузник кружил над полями, распрыскивая неизвестную жидкость. Дул сильный ветер, и многие в этот вечер почувствовали странный привкус горечи во рту.

«Сколько живу в Карасях, первый год такое происходит, — рассказывает пенсионер Виктор Швайцер, — как начал этот кукурузник летать, так мы и простились со всей зеленью во дворах и огородах. Посмотрите, что произошло с посадками!».

Виктор Карлович протягивает нам скукоженный желтый лист с куста кабачка. То же самое произошло со всей растительностью, даже трава умерла.

«Самое интересное, что пропали и бабочки, и кузнечики, все вокруг безжизненным стало, — сетует мужчина, — в день полета самолета ветер дул прямо на поселок. Мы поняли, что это фермер обрабатывает свои поля, которые совсем рядом находятся. Неужели так трудно было учесть погодные условия – и нам бы жизнь не испортили, и мы бы шумиху не поднимали? Ведь все заготовки на зиму пошли прахом, да и свежих овощей не поесть теперь. Благо, что отцвела картошка, а если б на цвету была, этот цвет бы погиб, картошки не было бы? Как бы зимовали в деревне без нее, если мы на ней живем?

Моё мнение, что после такого ничего руководителю фермерского хозяйства не будет. Ему легче штраф заплатить, чем убыток компенсировать людям. Миллионы для такого хозяйства – пыль, как и люди.

Наша местная власть была на месте происшествия, глава сельсовета приезжала, депутат какой-то — выборы же скоро. Да только реальной помощи или ответов на вопросы мы пока ни от кого не получили. Даже выборы не помогли».

Стоит сказать, что во время визита в Караси, мы выслушали и увидели много. Жители наперебой рассказывали, чего лишились, предлагая заглянуть в иссохшие огороды, а там действительно было на что посмотреть. Точнее, смотреть уже не на что – растительность высохла на корню. Жителям оставалось лишь плакать над своими трудами.

«Я уже купила себе огурцов, восемь ведер, куда деваться? – сетует Яна Баженова, — у нас же семья, надо кормить. Помидоры чудом до этих событий успела собрать. Сейчас дома зреют. Обидно — погибло столько покупной рассады. Жалко очень потраченное впустую время».

Жители Карасей утверждают, что прекрасно осведомлены, над чьими полями летал самолет с химикатами. По их словам, принадлежат они ООО КХ «Зайцев». Этот факт косвенно подтвердила глава Заковряшинского сельсовета в общественном чате.

«Поверьте, Зайцев знает всё. Юрист вчера у нас был, сказал: «Если есть силы и возможности, тягайтесь». В прошлом году жители Камня били во все колокола, но итог таков, что ему вынесли лишь предупреждение.

Ездила вчера в Грязново, деревья по трассе до самой деревни все жёлтые и чёрные, листва осыпается. Ответ один — они спасали урожай, а то людям за паи давать нечем будет», — написала в сельском чате глава сельсовета Екатерина Миронова.

И у людей опустились руки – куда им простым, деревенским работягам с крупным фермером тягаться? Остается только молча проглотить наплевательское отношение да искать деньги на овощи и картошку.

«Нам сказали, что до фермера достучаться будет невозможно, — вздыхает Любовь Зыкова, — сказали, что нервы и силы только зря потратим.

Мы пожилые люди, пенсия очень маленькая. Огород для нас – хоть какая-то помощь. За счет него живем. Спасибо Зайцеву за то, что лишил нас единственного, что было».

«Не так давно мы наблюдали, как в небе рядом с нашими домами летает самолет, а сегодня у нас погиб урожай, — присоединяется Анастасия Павленко. — Мы выяснили, что фермер, таким образом произвел десикацию полей. Он позаботился о своем урожае, а у нас нет больше ничего, даже травы. О нашем хлебе насущном не подумали? Нам же элементарно кушать нечего будет. Не у всех есть деньги, чтобы купить овощи. Это справедливо, честно, по-человечески?».

Олеся Недовесова присутствовала на собрании граждан после инцидента с самолетом.

«Нам сказали: если есть силы и средства бороться, то вперед. Затем в сельский чат прислали список, что нужно сделать поэтапно, чтобы получить компенсацию от фермера за потерянный урожай, — вспоминает девушка. — К этому всему приписка, что каждому двору это обойдется минимум по 50 тысяч рублей. Глава сельсовета сказала, что у фермера хороший юрист, поэтому мы ничего не добьемся.

А нам и не нужна никакая компенсация, нам жаль многомесячный труд, жаль, что нас за людей не считают. И мы больше всего боимся, что ситуация повторится вновь. А если мы будем молчать, может, в следующий раз нам химикаты прямо на голову выльют?».

НЕ ПОТРАВЯТ ЛИ НАС?

Самое страшное в этой ситуации – это полный информационный вакуум. Можно ли обработанные химикатами овощи применять в пищу или нужно срочно выбросить все на помойку? Увы, население об этом не осведомлено, а большая часть пенсионеров и интернетом никогда не пользовалась.

Люди по-настоящему шокированы и не устают задавать вопросы: неужели вот так безнаказанно можно народ травить, а потом еще говорят о диспансеризации, о здоровье нации.

Большинство людей с 6 августа к овощам не притрагивается, кто-то уже выдрал все кусты и полностью расчистил огород, кто-то пытается отлить засохшие посадки, но толку это не приносит. За огородами располагается лес, отделяющий поля от жилого сектора, совсем рядом. Кромка того леса со стороны поля полностью почернела, листва с берез опала. Вот так принудительно фермер провел десикацию всей округи. Каким препаратом – неизвестно, но к этому мы еще вернемся.

По поводу случившегося мы решили поговорить с главой Заковряшинского сельсовета Екатериной Мироновой, которая, как утверждают жители, объяснила населению, что отстаивать свои интересы перед фермером выйдет себе дороже и дело бессмысленное. Странно, ведь заявления в прокуратуру и Россельхознадзор  абсолютно бесплатные – для того, чтобы защитить свои права с помощью данных ведомств, никаких денег не надо. Тем более, речи о компенсации жители не ведут, лишь бояться повторения истории.

Приводим стенограмму телефонного разговора.

— Екатерина Адольфовна, у жителей Карасей и еще нескольких сел уничтожены огороды, урожай сейчас в пищу употреблять нельзя. Вы как глава сельсовета можете оказать какую-либо помощь? 

— А я должна какую-то помощь им оказать? Овощами поделиться?

— Может быть, помочь заявление в прокуратуру составить? Если овощи лишние есть, конечно, можете поделиться.

— Я, наверное, тоже житель Заковряшино и, наверное, у меня тоже урожай пострадал. Я такая же местная жительница.

— Жители говорят, что вы им не советуете «связываться» с фермером. Мол, если есть деньги и силы, тогда можно попытаться добиться справедливости.

— Какой из жительниц я это сказала? Со мной жители вообще не разговаривали. Кто со мной из них разговаривал?

— С вашей точки зрения, никак нельзя помочь людям?

— Чем я могу помочь жителям в данной ситуации? Информацию я нашла, куда они могут обратиться. Дело в том, что обращаться за компенсацией ущерба должен каждый хозяин личного подсобного участка.

— В прошлом году в Камне, когда фермер повредил урожай на огородах и дачах, не каждый обращался, в прокуратуру обратился только один человек, и началась проверка. Только из-за одного обращения фермеру было выписано представление.

— Я знаю про ситуацию в Камне. У жителей Карасей претензии какие-то ко мне?

— Мы вам звоним уточнить, возможно ли с вашей стороны какая-то документальная поддержка населению? Люди просто не знают, как писать в прокуратуру, в Россельхознадзор.

— Вот когда они приедут ко мне, обратятся, мы вместе будем искать информацию в интернете. В данный момент ко мне в сельский совет никто не обращался.

— А с фермером Зайцевым у вас был разговор по поводу того, что случилось?

— Был разговор с юристом фермера Зайцева. И то, не по поводу урожая, он приезжал по земельным отношениям. Я спросила у него, знают ли они о произошедшем инциденте. Он ответил, во-первых, где гарантии того, что это действительно они обработали поля?

Я, например, не связывала гибель своего урожая с обработкой полей. Я вам говорю как жительница, даже не как глава. Я самолёта никакого не видала. Прошёл дождь, дул сильный ветер. Утром просыпаюсь, у меня белые точки на огурцах, на чём-то ещё. Я это связала с дождём, с росой. Каждый год такое, каждый год выпадает роса, утром выходишь, всё белое.

— Это совпадение, получается: самолёт пролетел над полями, что-то распыляя, но погубила огороды роса? 

— Уверена, что это не совпадение. Но что я могу сделать? Только посоветовать. Люди могут написать коллективную жалобу, вызывать свидетелей. Я могу приехать к ним и быть свидетелем.

— У людей сейчас полный информационный вакуум, им нужна информация. Они не знают, можно ли кушать овощи и фрукты, на которые попали химикаты, а попали они тотально на все. По-простому, сельчане боятся отравиться.

— Я кушала и кушаю после обработки. Пока живая. Всё, что могу сказать.

Конечно, проблема, ударившая по населению, вовсе не в компетенции главы Заковряшинского сельсовета. В первую очередь, в ситуацию должна была вмешаться администрация Крутихинского района, ведь на ее территории прошел массовый геноцид растений. Вот только внушенная людям уверенность в том, что защищать свои права бесполезно, ставит под сомнение работу государственных органов, которые могли бы встать на сторону пострадавших. Мол, все бесполезно, ничего не будет.

Как бы то ни было, хоть и с опозданием, но жители Карасей после нашего визита обратились в прокуратуру. Вопросов предстоит выяснить много, начиная с того, известил ли фермер о предстоящей обработке население через средства массовой информации, как положено, за пять дней до ее начала? Понятно, что при сильном ветре никакое оповещение не помогло бы. Не натянут же пенсионеры пленку над всеми огородами. Однако подобные извещения могут спасти, к примеру, пчел, которые массово гибнут от химикатов, а пять дней вполне хватает на то, чтобы увезти с опасного участка ульи. Остается надеяться, что надзорные ведомства все же разберутся в произошедшем и на этот раз не ограничатся предупреждением, как было прежде. Увы, но подобный случай уже не первый. В 2024 году под удар попали жители Камня-на-Оби. Химией залили огороды на окраинах города и садоводческие участки. Фигурантом неприятной истории оказалось все то же ООО КХ «Зайцев».

РЕЦИДИВ

В сентябре 2024 года похожий кукурузник выписывал над полями виражи в районе корниловской трассы. Чуть позже попал на видеозаписи людей почти над огородами в районе Зеленого клина. Те же желтые пятна и скукоженные плоды. Горечь во рту, обострение астмы, высокое давление.

Одна из пострадавших от таких полетов жительниц города обратилась в прокуратуру. Началась проверка.

Тогда по результатам проверки выяснилось, что поля обрабатывал фермер Зайцев. С 28.09.2024 по 7.10. 2024 на землях сельскохозяйственного назначения проводилась десикация подсолнечника. Применялись препараты «Тонгара ВР» и «Дикошанс ВР», относящиеся к классу опасности для человека-3. Данные пестициды умеренно опасны для человеческого организма (овощи, ягоды лук, петрушку, все, что без тепловой обработки, употреблять в пищу нельзя). От этого приятного мало.

Также из материалов проверки выяснилось, что местному Роспотребнадзору было поручено провести отбор проб и лабораторные испытания овощей на содержание пестицидов. Но какова ирония судьбы — на проведение анализов лабораторный центр в Камне оказался не аккредитован. И так сойдет.

Кроме того, ООО КХ «Зайцев» нарушены санитарные нормы. Фермеру объявлено предупреждение о недопустимости нарушения обязательных требований. Далее обращения граждан были направлены в управление Россельхознадзора для рассмотрения в пределах полномочий.

Проверка, проведенная Каменской межрайонной прокуратурой, также обнаружила нарушения. Ее результаты подтвердили, что хозяйство нарушило требования по информированию населения о планируемой обработке, по учету расстояния при авиационном применении препаратов и по внесению сведений в ФГИС «Сатурн». Ведомство внесло представление директору предприятия и возбудило дела об административных правонарушениях.

По сути, за сброс сельскохозяйственной химии на жилой сектор фермерскому хозяйству погрозили пальчиком. Результата, как видим, это не принесло. Хотя есть один – в нынешнем году масштаб поражения значительно увеличился.

Осенью начнут молотить подсолнечник, до этого снова возможно проведение десикации. Поля, как правило, расположены очень близко к населенным пунктам, порой нарушая все мыслимые и немыслимые нормы. Что делать, чего ждать, как поступить, если на ваши головы выльется полное наплевательство в виде пестицидов?

НЕ ДЕЛАТЬ ИЗ МУХИ СЛОНА?

Если убрать эмоции и человеческую беду, стоит отметить, что без десикации в сельском хозяйстве попросту невозможно. Эта агротехническая операция искусственно подсушивает растения перед уборкой с помощью специальных химических препаратов — десикантов. Десиканты нарушают водный баланс растений, ускоряя обезвоживание тканей.

Препараты делятся на два типа по механизму действия: контактные (например, на основе диквата). Воздействуют только на зелёные части растения, не затрагивая корни. Системные (например, на основе глифосата). Проникают во все ткани, включая корневую систему, вызывая полное увядание растения.

Десикация позволяет сдвинуть сроки уборки и избежать потерь от осыпания или поражения дождями. Чаще всего десикацию применяют на подсолнечнике, сое, рапсе, горохе, льне, некоторых зерновых культурах, а также на картофеле. Проводить ее следует примерно за две недели до уборки, чтобы вредные химические соединения в сельхозкультурах достигли минимальных значений.

Обработку полей проводят наземными опрыскивателями или авиацией. Оптимально это делать в безветренную погоду.  При этом важно соблюдать регламент применения, правила личной гигиены и техники безопасности.

Говоря простым языком, от этой процедуры для фермера зависит многое. Но вот незадача, страдают люди. Именно в нашем и окрестных районах поля расположены недопустимо близко с жилым сектором, так что, повышая урожайность в хозяйстве, ее начисто лишают в личных подворьях.

ЧТО ДЕЛАТЬ?

После описанных выше событий в чате Заковряшинского сельсовета главой была размещена полезная памятка. Приводим ее ниже, ведь никто не даст гарантии, что ситуация больше не повторится.

Если из-за обработки полей подсолнечника («семечки») или пшеницы пострадали ваши частные огороды, а урожай гибнет, необходимо срочно действовать для фиксации факта порчи имущества и привлечения фермера к ответственности. Как показала проверка надзорных органов, хозяйство ООО КХ «Зайцев» уже ловили на нарушении санитарных правил при аналогичной десикации.

Пошаговый алгоритм действий

1. Срочная фиксация ущерба

Коллективный осмотр: объединитесь с соседями. Пройдите по пострадавшим участкам и составьте коммерческий акт о повреждении посевов в произвольной форме. Подпишите его (минимум 3 свидетеля-соседа).

Фото и видеосъемка: снимите поврежденные растения на огородах крупным планом, общие планы увядающих грядок, а также границы огородов с полями фермера. Включите геолокацию и дату на камере.

Экспертиза (важно): обратитесь в Россельхозцентр по Алтайскому краю или сертифицированную лабораторию. Необходимо вызвать специалиста для официального отбора проб почвы и погибших растений на содержание пестицидов (например, диквата, который обычно используется для десикации подсолнечника).

2. Куда подавать жалобы

Россельхознадзор (Управление по Алтайскому краю и Республике Алтай): это ключевой орган, который контролирует оборот и правильность применения пестицидов. Напишите жалобу через их электронную приемную.

Роспотребнадзор: подайте заявление о нарушении санитарно-эпидемиологических требований (обработка вблизи жилой зоны, угроза здоровью людей от ядохимикатов).

Прокуратура Каменского района: требуйте провести проверку по факту причинения материального ущерба жителям поселка Караси и нарушения экологического законодательства.

Местная администрация: известите сельсовет и администрацию Каменского района. Настаивайте на выезде их представителя для включения в комиссию по фиксации ущерба.

3. Взыскание убытков

После того как Россельхознадзор или прокуратура вынесут фермеру очередное предостережение/штраф, а экспертиза подтвердит наличие ядов в ваших овощах, вы имеете полное право требовать компенсацию за потерянный урожай (ст. 1064 ГК РФ).

Сначала направьте КХ «Зайцев» досудебную претензию с расчетом стоимости погибшего урожая. При отказе — обращайтесь с коллективным или индивидуальным иском в суд.

Юлия РАССКАЗОВА. Фото Константина ЗЯТЬКОВА.