По данным Каменской Госавтоинспекции, за сутки через наш город только с речного порта проходит порядка 200 грузовых тяжеловесных машин, включая тонары, МАЗы, ЗИЛы и т.д. И сейчас мы не говорим про транзитный поток на Барнаул, Новосибирск, фуры, доставляющие грузы в местные супермаркеты, лесовозы. Речь о тонарах, везущих сыпучие материалы и щебень с Каменского Малетинского карьера. Все эти 200 машин после доставки грузов возвращаются обратно в речпорт для очередной загрузки. И так практически круглосуточно по одному маршруту. Причем еще не так давно водители тяжеловесных авто особо не заморачивались – ехали напрямки по улицам Северной, Карла Маркса, Гагарина. А почему бы и нет – запрещающие знаки для грузовиков там не установлены, да и дорогу подремонтировали недавно. Через какое время она продавится, «убьется», а деньги улетят на ветер – такие вопросы мало кого волнуют, когда вопрос касается прибыли. Разве что обеспокоенные каменцы то и дело бьют тревогу – им-то потом по разбитым ухабам ездить, а на это уже никаких сил нет, учитывая, что в городе дорожное полотно хуже, чем после бомбежки.

Застаревшая проблема начала решаться после нашей первой публикации и инициативы одного человека, к которому постепенно подключилась администрация, депутаты, предприниматели и предприятия. Но решаться проблема начала не для всех. Запрещающие знаки установлены на нескольких улицах, но не на отрезке Ленина – Северная – Колесникова. Этот маршрут, по которому ежедневно гоняют 200 большегрузов, больше похож на бурю в пустыне, но не на жилой сектор. Круглосуточное движение огромных машин поднимает такую пыль, что порой не видно противоположную сторону улицы. Личные автомобили горожан под толстым слоем дорожной грязи, ею же забиты их легкие и трескающиеся дома. Пошли первые разрушения – пока от вибрации разваливаются хозпостройки, а трещины в стенах и фундаментах люди бесконечно замазывают и штукатурят. Скорей бы зима! В зимнее время года дорога на этом участке становится ровной, нет пыли и настолько жуткой вибрации от вереницы с разгона плюхающихся в ямы грузовиков.

«Дети боятся, что у нас разобьётся аквариум, он звенит и трясется, когда большегрузные машины несутся по улицам, вода в аквариуме плещется. С полок и шкафчиков от тряски падают предметы. Ребятишки ночью просыпаются от звона стекол, а ездить грузовики начинают очень рано, не дают спать с шести утра. Бывает, и ночью гремят, — говорит  Анна Штенгелова, многодетная мама с улицы Северной, показывая на треснувшие стены и печь, — мы купили этот дом, переехали сюда с детьми, как в тихий, спокойный район. Так и было, пока не начали ездить тонары. Наша жизнь превратилась в сплошной ад. Вопрос времени – когда наши дома разрушатся окончательно и станут непригодными для проживания».

Не будем подробно повторять картину жизни, сложившуюся у людей, чьи дома расположены на участке улиц от Ленина по Северной до Колесникова. В середине июля мы уже писали о невыносимых условиях, в которых вынуждены жить горожане. Повторный выезд на транзитную для речпортовских большегрузов трассу подтвердил все, о чем говорят. И даже более – поразил до глубины души.

Первая громадина на колесах пронеслась мимо жилых домов по исковерканной дороге так, что пришлось отвернуться, чтобы не наглотаться пыли. Она осела на лицах, листьях, детях, домашних питомцах. Окна в домах задребезжали. Водитель второго проезжающего на скорости большегруза, увидев кипиш рядом с дорогой и нашу съемочную группу, резко сбавил скорость. Затем достал рацию и что-то проговорил. После этого тонары один за одним двигались по улицам жилого микрорайона спокойно. Сразу понятно, товарищ по рации предупредил, что кто-то на дороге их записывает и снимает. Не для кого ведь не секрет, что у водителей таких машин есть свой мессенджер для общения – рация. С помощью нее они предупреждают друг друга о всяких неожиданностях на дорогах, включая посты ДПС. А сколько же за короткий период нашего пребывания проехало здесь машин – груженные на выезд, порожние назад к речному порту. Уму не постижимо, но веренице большегрузов нет конца. Трудно представить, как здесь можно полноценно жить, когда даже дышать невозможно, не говоря о том, что и детей на улицу за ограду отпускать гулять опасно. Дорога полностью разбита и, как утверждают местные жители, недавно продавили грунт над центральным водоводом, потом щебнем засыпали и дальше погнали. Люди уверены, что серьезная коммунальная авария, связанная с обеспечением водой Камня-на-Оби, тоже вопрос недалекого времени. Поток машин нарастает, а под дорогой их следования водопроводная труба большого диаметра и, если над ней уже грунт разрушен, осталось немного подождать…

«Ах, если бы они так спокойно и тихо ездили всегда, это бы существенно облегчило нам жизнь. Вот вас увидели, и совесть проснулась, скорость сбавили, а ведь частенько наперегонки ездят, обгоняют друг друга, нам нахально сигналят, насмехаясь», — говорят местные жители, собравшиеся на очередную встречу с журналистами, ведь после первой встречи, говорят, водители грузовиков совсем озверели. Когда для них установили запрещающие знаки, возить грузы начали, как будто последний день Земли настал. Многие пытались проскочить под знаки, надеясь, что не попадутся гаишникам. Но не тут-то было…

ОДИН В ПОЛЕ ВОИН, ИЛИ ГЛАВНОЕ — ЗАХОТЕТЬ

15 июля во время работы с экипажем ДПС в составе инспектора Алексея Долеченко и Дмитрия Швайцера, мы мимоходом затронули проблему большегрузов, которые буквально в заложники взяли горожан, лишив их спокойной жизни. Инспектор, выслушав, сказал, что, увы, но запрещающих знаков на обозначенных участках улиц нет, а значит, и руки у госавтоинспекторов связаны.

На следующее утро стало известно, что инспектор Алексей Долеченко проявил инициативу и предложил решить проблему на уровне администрации муниципалитета. По его ходатайству были установлены запрещающие дорожные знаки для автомобилей, чья масса превышает 10 тонн, на улицах Гагарина, Северная, Карла Маркса. Началось обустройство объездной дороги для большегрузного транспорта. Образовалась инициативная группа, которая взяла решение проблемы на контроль. Простым языком – появились люди, которые начали договариваться и «выпрашивать»: технику, щебень, рабочую силу и т.д. То есть все эти годы проблему с разрушением дорог большегрузами можно было начать решать, просто, никто не хотел этого делать и не прилагал никаких усилий. В это время простой инспектор ДПС меньше чем за сутки организовал установку знаков, провел беседу с водителями грузовых автомобилей и не остался в стороне при обустройстве объездной дороги. Тема для размышления интересная, но вернемся к сути.

«Проблема в городе у нас возникла из-за перевозки сыпучих грузов. Жители жалуются, что по дорогам ездят груженые тонары, — говорит Алексей Марин, председатель районного Собрания депутатов, — объездная дорога есть, но по ней практически невозможно было ездить до сегодняшнего дня.

Для решения этого вопроса мы собрались инициативной группой в комитете по ЖКХ администрации Каменского района. Пересмотрели план проезда по нашим дорогам, чтобы уж совсем не убивать и без того убитые улицы. Совместными усилиями начали работы: взяли в АХЦ грейдер, разровняли сначала полевую дорогу, пока решали вопрос с отсыпкой щебнем объездной. Щебень в размере 20 тонн нам выделил местный предприниматель Сергей Кумоняев, а также помог филиал Центрального ДСУ – выделил 80 тонн. ДСУ помогло и с засыпкой ям.

Завершились переговоры с Малетинским каменным карьером, карьер готов  безвозмездно выделить щебень в объеме 500 тонн, чтобы отсыпать объездную дорогу.

Удивило, что во время переговоров с руководством МКК мы узнали, что на протяжении шести лет администрация Каменского района за помощью в этом вопросе к карьеру не обращалась ни разу, в то время как организация всегда была готова помочь.

По данному вопросу также добавлю, что не так давно были установлены ограничивающие дорожные знаки, которые запрещают проезд автомобилям массой более 10 тонн. Сотрудники ГИБДД все это контролируют, конечно, по мере возможности. Каждый день они там с утра до вечера не могут стоять, но нарушителей привлекают к ответственности. Надеюсь, что скоро проблема будет решена и большегрузы больше не будут ходить по таким улицам, как Карла Маркса, Северная, Гагарина.

Будем надеяться, что после отсыпки объездная трасса будет поддерживаться в надлежащем состоянии на постоянной основе».

Как оказалось, объездная дорога в Камне-на-Оби существовала с советских времен, но со временем пришла в негодность.

«От речпорта большегрузы едут по Ленина, сворачивают на Северную, затем на Колесникова и через совхоз «Каменский» выходят на улицу Каменскую вдоль Северных электрических сетей — это и есть наша объездная дорога, — объясняет Армен Паносян, начальник отдела дорожного хозяйства комитета по ЖКХ администрации Каменского района, — сейчас она в неудовлетворительном состоянии. Асфальтовое полотно, можно сказать, на 100% разрушено. И большерузы нарушают правила дорожного движения, давят недавно отремонтированный асфальт.

Вместе с общественностью было принято решение внести изменения в схему организации дорожного движения. Эти изменения касаются исключительно тяжеловесных машин, которые едут на речную переправу и на Малетинский каменный карьер.

Я думаю, в ближайшее время объездная дорога будет более-менее в нормальном состоянии, пригодном для использования. Одновременно готовим изменения в схему организации дорожного движения, установим недостающие дорожные знаки, организуем движение, как положено».

— Теперь все большегрузные транспортные средства будут двигаться по объездной дороге, чтобы сохранить нам уличную дорожную сеть, — рассказывает старший инспектор отдельного взвода ДПС МО МВД России «Каменский», старший лейтенант полиции Алексей Долеченко, — мы, в свою очередь, обеспечиваем, чтобы транспортные средства не нарушали ПДД и не ездили под запрещающие знаки. Пустой большегруз может проехать, но масса груженого уже превышает 10 тонн, ему проезд запрещен.

— Как водители отреагировали на то, что их маршрут изменился?

—Отреагировали изначально отрицательно, ведь ямы на объездной дороге были не проездные. Когда начались работы по отсыпке и грейдированию, с пониманием отнеслись, двигаются теперь здесь.

— А нарушители всё-таки есть?

— Бывает, проскакивают. Мы тоже постоянно не можем обеспечивать. Но в то время, когда мы несём службу, они не нарушают правила. За редким исключением. За нарушение на водителя накладывается штраф в размере 5000 рублей. Повторное нарушение грозит штрафом 10 000 рублей.

Однако среди наметившегося и очень долгожданного прогресса, остается одно НО – объездная дорога выводит транспорт вдоль нескольких жилых улиц. На улицах стоят вышеупомянутые дома, которые уже начали разрушаться от вибраций. К сожалению, на сегодняшний день иного маршрута нет. Только Ленина – Северная – Колесникова – совхоз «Каменский». Как же быть тем, кто проживает в явно не соответствующих нормам условиях?

ВОЙНА ИЛИ МИР?

Во всей этой истории переплетены несколько обстоятельств – сильные вибрации при проезде авто возникают по причине разбитых дорог и глубоких дорожных ям. Портят и разбивают дороги  эти же самые авто. Администрация Каменского района не может привести в порядок дороги, потому что нет средств. Малетинский каменный карьер не наводит порядок на городских дорогах за своими клиентами, потому что администрация по этому поводу к руководству не обращалась, люди молчат – зачем тратиться?

Идеально бы было отремонтировать дорожное полотно, а еще лучше оборудовать его с помощью бетонных плит, чтобы нагрузку от сотен большегрузов выдерживали. Не мешало бы и скоростной режим для них определить, к примеру, не более, 20 километров в час, чтобы местные жители детей могли отпустить погулять без опаски, да пылью не задыхались.

Пока же нет ни ремонта дороги, ни ограничения скорости. Тонары прут, деньги зарабатываются.

У жителей участков улиц на Северной и Колесникова на сегодняшний день остается два варианта действий. Первый: смириться и жить дальше, вкладываясь в ремонт разрушающегося жилья, задыхаясь в пыли и шуме. Второй: действовать, готовясь к долгой бюрократической переписке, сбору документов и проведению экспертиз. Увы, за самих жителей и без их официальных обращений проблема с мертвой точки не сдвинется.

Все ответы на обращения в администрацию, прокуратуру, Роспотребнадзор, руководству Малетинского каменного карьера и т.д нужно собирать в отдельную папочку, ведь не ровен час, они могут пригодиться для дальнейшего обращения в суд.

Увидев своими глазами, как трясется и дребезжит аквариум в доме многодетной мамы Анны Штенгеловой, в голове возникли вопросы. А соблюдаются ли вообще на этих улицах санитарные нормы допустимой вибрации, которая идет от грузового транспорта? Какие последствия данной вибрации испытывает человеческий организм? Какое заключение выдаст Роспотребнадзор, замерив уровень загрязнения воздуха в данном жилом секторе с круглосуточным движением большегрузов? Не рискуют ли люди впоследствии остаться в непригодных для жизни развалинах по причине все той же вибрации?

А еще вспомнилась семья пенсионеров с улицы Ленинградской, которая отсудила у торговой сети «Марии Ра» круглую сумму за разрушающийся на глазах дом. При строительстве «Марийка» закатала в асфальт большую водопропускную трубу, которая отводила воду от нескольких домов. В результате, жилой дом проживающих по соседству пенсионеров пошел по швам, а они пошли в суды, растянувшиеся на годы. В итоге, выиграли, так как было доказано, что лишаются они жилья из-за магазина.

У жителей улицы Северной и Колесникова есть все шансы привести свою жизнь в порядок. Главное, начать действовать и не молчать. Впрочем, первый шаг они уже сделали, а мы обязательно напишем о продолжении этой истории.

Юлия РАССКАЗОВА. Фото Константина ЗЯТЬКОВА.

25 июля — День сотрудника органов следствия РФ.

Празднование Дня сотрудника органов следствия восходит к временам Петра I, который впервые учредил специальную следственную канцелярию 25 июля 1713 года. Возглавил принципиально новый орган предварительного расследования майор гвардии князь Михаил Волконский — его можно смело считать отцом российского следствия.

Одно из первых дел, порученных Волконскому лично государем, — расследовать незаконный вывоз зерна за границу и другой контрабанды, учиненные архангельским чиновником. Причем Волконскому давалась полная свобода действий, а Петра I интересовал лишь результат — то есть обвинительное заключение со всем комплексом доказательств преступной деятельности должностного лица.

Так было положено начало работе особых канцелярий, которые стали расследовать наиболее важные дела. Со временем наименование таких следователей трансформировалось в сленговое «важняк», что, по сути, только подчеркивает суть их работы.

О том, как сейчас расследуются тяжкие и особо тяжкие преступления, мы узнали из первых уст. У нас сегодня сразу два гостя публикации — два новых заместителя руководителя Каменского межрайонного следственного отдела СУ СК России по Алтайскому краю Ангелина Федоренко и Дмитрий Утин.

ЛОГИКА — МАТЬ СЛЕДСТВИЯ

— Ангелина Александровна, любой разговор принято начинать с начала, лучше — максимально издалека. Можете ли Вы сейчас определить тот момент вашей жизни, ещё, наверное, школьной, когда Вы решили стать следователем? Было ли это внезапное решение, или же Вы его долго и тщательно взвешивали?

— Наверное, самый первый в жизни выбор возможной будущей профессии происходит ещё в девятом классе, когда школьник определяется с экзаменами, которые он будет сдавать во время ОГЭ. Я сдавала одновременно биологию и историю.

— Большой разлёт…

—  Да, в то время я ещё немного металась между медициной и юриспруденцией. В 10 и 11 классе уже окончательно определилась. Причем сразу для себя решила, что буду не просто получать юридическое образование, а именно пойду на уголовный профиль и впоследствии заниматься соответствующей деятельностью.

— Хорошо, а чем обусловлен этот выбор? В школе мы ещё немного мечтатели, и Вас, вероятно, привлек образ следователя в литературе и кино — изрядно, надо сказать, романтизированный?

— Нет, сериальные или книжные герои никак на меня не повлияли. Скорее, я решила стать следователем, потому что мне всегда нравилось мыслить логически, разгадывать какие-то сложные загадки и общаться с людьми. Конечно, я видела работу следователей в кино, но всегда понимала, что это просто картинка. Ну, и, конечно, никаких романтических иллюзий об этой профессии я не строила.

— И Вы оказались в следственном комитете сразу же, как только высохли чернила на дипломе?

— Ещё раньше, во время преддипломной практики. На последнем курсе я пришла именно в Следственный комитет, хотя ещё даже не предполагала, что впоследствии буду работать именно в этой структуре. Честно говоря, я в студенчестве слабо понимала, что из себя представляет СК России, и изначально видела себя после университета в прокуратуре. Но, начав с должности помощника следователя, довольно быстро влилась в эту работу.

— А что было на «точке входа» в профессию? Я имею в виду, Вам наверняка пришлось вначале столкнуться с чисто бумажной стороной работы, обилием каких-то формальных заданий от следователя. Вас это не отпугнуло?

— Во-первых, я сразу понимала, что помощнику следователя на первых порах никаких серьезных дел не доверят — ведь это недавний студент, который сформировал обрывочное представление о профессии в лекторских залах. Сначала помощнику просто дают материалы дела полистать, чтобы посмотреть, из чего оно в принципе состоит. Потом дают какие-то поручения — сделать осмотр места происшествия, например. То есть знакомят с нюансами работы следователя, начиная с малого. А во-вторых, я изначально излишне не романтизировала образ профессии и понимала, что бумажная работа — её важная часть.

ГЛУБОКОЕ ПОГРУЖЕНИЕ

— Хорошо, назовем это плавным входом в профессию, что-то вроде интернатуры в медицине. Можете вспомнить свое первое дело уже в статусе следователя?

— Честно говоря, мне придется долго вспоминать. Как правило, у следователя в производстве одновременно несколько дел.

— Тогда переформулирую, расскажите о самом интересном деле, с которым Вы столкнулись на первых порах. Может, какое-то нашумевшее убийство?

— Конечно, мне часто доводилось расследовать тяжкие и особо тяжкие преступления против личности и половой неприкосновенности… Но лично для меня всегда большой интерес вызывали преступления экономической направленности, в том числе коррупция. Одно из первых дел, которым мне было на самом деле очень интересно заниматься, — это происшествие в картинг-центре в городе, где я тогда жила и работала. Кратко о ситуации: несовершеннолетний осуществлял заезд на карте (маленький спортивный гоночный автомобиль, — прим. автора), и в какой-то момент прямо на треке произошло возгорание транспортного средства. В результате подросток получил различные травмы.

— А что именно Вас в этом деле так заинтересовало?

—  В Алтайском крае и в целом по России пока очень мало практики с такими картинг-центрами, они относительно недавно пришли к нам из-за рубежа. Проблема в расследовании этого уголовного дела состояла в том, что данный картинг-центр никак не был оформлен юридически. То есть фактически собственник просто скупил оборудование с рук, основываясь на своем понимании, всё это собрал и организовал, и в итоге центр действовал без должного контроля со стороны Гостехнадзора или других экспертных учреждений, которые бы проверяли состояние техники. А мне нужно было не только установить причины возгорания, но также разобраться, что такое картинг-центр и вообще любой аттракцион в правовом смысле. И разобраться поэтапно, начиная с того момента, когда физическое лицо решает зарегистрировать аттракцион. Было очень интересно во все это вникать. Мне кажется, после расследования этого уголовного дела я легко бы смогла организовать подобный бизнес.

— И чем это дело закончилось?

— Обвинительным заключением по статье 238 УК РФ — оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности. Выяснилось, что данный карт был собран едва ли не кустарным способом, и его техническое состояние представляло опасность для водителя.

КРОВЬ И ЛОКОНЫ

— Простите, журналистская суть всё равно рвется наружу. А как же расследование первого убийства? Не сочтите меня сексистом, скорее, я, как и многие, в плену некоторых стереотипов и считаю, что у войны не женское лицо, как и у расследования «мокрухи». Не было ли Вам страшно, жутко?

— У меня было целых пять лет учебы для того, чтобы морально подготовиться ко всем особенностям нашей профессии. Поэтому не было ни страшно, ни жутко. С первым криминальным трупом я столкнулась в первую же рабочую неделю в качестве следователя. В понедельник я вышла на работу, а во вторник утром звонок из дежурной части полиции — в подъезде обнаружено тело мужчины, скорее всего, криминал.

— Прямо как в культовом сериале: «У нас труп, возможно, криминал, по коням»! Расскажите о Ваших первых впечатлениях.

—  На место я выезжала одна, по сути, впервые никто не контролировал мои действия. На месте преступления много сотрудников, и все ждут, что я скоординирую их действия. Открываем дверь подъезда, и буквально на пороге лежит тело. И очень много крови. Как выяснилось позже, это был житель квартиры на первом этаже. И в другой квартире, буквально в паре шагов, находился потенциальный подозреваемый, с которым уже велась оперативная работа.

— Не растерялись в процессе?

— Нет, весь багаж знаний сам по себе собрался в голове. В дальнейшем выяснилось, что в квартире на алкогольной волне случилась потасовка, после чего потерпевший, убегая в панике, выскочил в подъезд, споткнулся, упал и от полученной травмы скончался.

— А доводилось выезжать на преступление в выходной день или праздник?

— Да, последний случай произошел 27 декабря, в день, когда вся страна отмечает наступающий новый год на корпоративах. Я тоже готовилась к празднику в офисе, буквально накручивала локоны. Вдруг звонит оперативный дежурный из полиции и говорит: «У нас покушение на убийство, пасынок ударил ножом отчима». Вроде бы, все живы, трагедии не произошло. Пока ехала на место происшествия, мне сообщили, что потерпевший скончался. И вот я, с праздничной прической, на месте убийства, где всё буквально залито кровью.

— Если абстрагироваться от конкретных случаев, что Вы можете сказать о современной преступности. Меняется ли картина преступлений со временем?

— Не могу опираться на официальную статистику, но если взять последние двадцать лет, то ситуация несколько изменилась. В начале «нулевых» больший вес составляли как раз тяжкие и особо тяжкие преступления против личности, а также разбои, грабежи, изнасилования. Сейчас по этим категориям преступность идет на спад, уступая место криминалу в сфере IT. Мир в целом меняется, появляются новые технологии.

— Если грубо, то больше нет нужды идти на старуху-процентщицу с топором, ограбить её можно по телефону, так?

— Да, и если говорить об интернет-преступности, то она постоянно развивается. Сейчас, например, активно испытываются возможности нейросетей для создания дипфейков. В целом и моральный облик общества поменялся в лучшую сторону. Мне кажется, сейчас гораздо безопаснее выходить на улицу, потому что все тяжкие преступления против личности, в основном, совершаются в каком-то узком кругу, чаще в состоянии алкогольного опьянения.

СЛОВО ОПАСНЕЕ ПУЛИ

— Какие ещё преступления «перекочевали» в интернет?

— Если говорить об активности граждан в сети, то также имеют место преступления экстремистской направленности. Пожалуй, нет необходимости подробно объяснять. Обычно это публикации или комментарии, разжигающие национальную или идеологическую рознь, фото с экстремистской символикой или портретами нацистских лидеров. Такие преступления — в нашей подследственности.

— Неужели такая «дичь» ещё встречается?

— Да, довольно часто, и обычно среди молодежи. И законодательство достаточно сурово относится к таким явлениям.

— Кстати, часто обсуждается такой момент: за экстремизм в сети дают сроки, сопоставимые с убийством, и, мол, часто наказание за пост в соцсетях непропорционально совершенному злу. Что Вы об этом думаете?

— Во-первых, закон есть закон. А во-вторых, я в такие моменты вспоминаю роман «Мастер и Маргарита». Помните тот момент, когда Понтий Пилат должен помиловать одного из приговоренных к казни и выбирает убийцу Варравана, а не пророка и философа Иешуа. И мотивирует это тем, что убийца лишил жизни одного человека, а смена идеологий может повлечь за собой куда больше человеческих жертв. Параллель, может, и не совсем точная, но призыв к экстремистской деятельности намного опаснее, чем, скажем, убийство на бытовой почве.

— Что бы Вы пожелали вашим более молодым и менее опытным коллегам?

— Не бояться работы следователя, не бояться той нагрузки, с которой мы сталкиваемся. Наш труд тяжел, но очень важен для общества.

ГЕНЕТАТОРЫ ИДЕЙ

— Дмитрий Александрович, когда Вы решили для себя, что свяжете свою жизнь с работой в Следственном комитете?

— В СК я работаю с 2020 года. А понимание того, чем я хочу заниматься, пришло ещё в школьные годы. Немалую роль оказало окружение: многие мои родственники так или иначе были связаны с органами правопорядка. Поэтому большого вопроса не стояло, с какой именно специализацией я окажусь в юриспруденции. В выпускном классе сомнений у меня уже никаких не было. А сейчас нет никаких сожалений в выборе. После университета я, конечно, рассматривал разные варианты — органы прокуратуры, ФСБ или Следственный комитет.

— И выбрали последнее. Почему?

— Мне был интересен сам процесс раскрытия преступления, в котором следователь является «генератором идей». И если ты генерируешь правильные идеи, преступление будет раскрыто. Где-то ошибся — и следствие пошло по неверному пути. Представьте это в виде очень сложной загадки или, скорее, уравнения со множеством неизвестных, которое нужно решить.

— А теперь вопрос, который, наверное, Вам успел надоесть, если Вы уже общались со СМИ. Какое дело из числа самых первых Вам запомнилось больше всего?

— На стадии становления следователем все дела являются по-своему интересны, потому что ты с ними сталкиваешься впервые. Потом уже видишь, что многие преступления похожи и отличаются лишь нюансами.

— Если расследование типичных дел, как бы выразиться… приедается, что тогда движет молодым сотрудником?

—  Это может быть обычным желанием восстановить справедливость, чтобы виновное лицо понесло заслуженное наказание. Мне кажется, это один из главных мотивов в нашей работе. В первые годы есть ещё и определенный юношеский максимализм в этом вопросе. Наверное, поэтому на первых порах интересны абсолютно все дела.

— Но по ходу карьерного роста повышается и градус «интересности»?

—  Какое-то время я работал в городском отделе, а после этого меня приняли во второй отдел следственного управления, который занимается расследованием особо важных дел коррупционной направленности. Приходилось расследовать преступления, связанные с коррупционными действиями и мошенничеством, совершенными должностными лицами на уровне региона.

ДУЭЛЬ УМОВ

— Что-то можете выделить из этого ряда?

— Пожалуй, одно дело особенно запомнилось. Мне поступил материал доследственной проверки от Управления ФСБ по Алтайскому краю в отношении руководителя следственного отдела, в подчинении у которого находилось около пятнадцати человек.

— Вот как, коллега, стало быть. Что он натворил?

—  Если кратко, то руководитель следственного отдела должен был получить взятку в размере 1,5 млн. рублей. Сам факт взяточничества в следственном отделе казался нонсенсом. Человек занимает должность, которая предполагает борьбу с преступностью, в какой-то момент её возглавил.

— О, ну это классика: главное, в процессе следствия не выйти на самих себя. Просто интересно, как вообще на этой должности может возникнуть интерес для потенциального взяточника?

—  Всё было банально. Один приезжий бизнесмен полагал, что против него совершено мошенническое действие, но по его заявлению несколько раз возникали отказы в возбуждении уголовного дела. Руководитель следственного отдела пообещал, что уголовное дело будет возбуждено и доведено до логического завершения за скромное «вознаграждение» в полтора миллиона рублей.

— Какие сложности возникли в процессе расследования?

— Обладая обширными юридическими знаниями и большим опытом работы, подозреваемый всеми путями стремился декриминализировать свои действия. В дальнейшем, поняв, что следствие располагает большим количеством доказательств, пытался перейти на менее тяжкий состав. То есть, ему вменялась взятка — это 290 статья УК РФ, а он хотел «перевести» дело на статью 159 УК РФ — мошенничество, а она предусматривает меньшую уголовную ответственность. Но у него не получилось, потому что следственные органы и органы ФСБ сработали слаженно. В итоге его вина была доказана, и суд вынес соответствующий приговор.

— Так вот, что Вам было интересно — дуэль умов?

— Ну, в какой-то степени так и есть, ведь обвиняемый превосходил меня по опыту и, соответственно, по знаниям.

— К слову о коррупции, ещё недавно говорили, что это бич современности. На Ваш взгляд, меняется ли ситуация в лучшую сторону?

— Надо отдать должное, сегодня государство поставило целью поставить под полный контроль расходование бюджетных средств, и когда федеральные, региональные или муниципальные средства уходят, что называется, на сторону, это довольно жестко карается. Даже у нас в регионе достаточно много нашумевших дел, в которых фигурируют чиновники разных уровней.

ЗДЕСЬ ВАМ НЕ КИНО

— Вы в Камне-на-Оби не так давно, но всё же, что Вы можете сказать об «облико морале» каменской преступности?

— Я в Каменском межрайонном следственном отделе четыре месяца, но сам я родом из Камня-на-Оби. Поэтому мне интересно здесь поработать. В целом, если анализировать ситуацию по Алтайском краю, то можно выделить некоторые районы, где преступность чуть выше. Но в Каменском и других районах, территориально относящихся к нашему отделу, картина не выбивается из средней статистики.

— Недавно прошел Ваш профессиональный праздник. Что бы Вы хотели пожелать вашим коллегам?

— Я лучше адресую слова тем, кто ещё стоит перед выбором профессии следователя. Эта работа является интересной и важной, но сложной. Следовательно, нужно хорошо подумать, готовы ли Вы тратить много времени на свою работу. Иначе не получится работать в следственных органах, в том числе в Следственном комитете. Нужно понимать, что значительную часть жизни Вы будете тратить именно на службу. И если Вы решились, то, как мне кажется, ни на минуту не пожалеете.

— Если вдруг кто-то решил стать следователем, насмотревшись телесериалов, скажите, насколько они оторваны от реальности?

— В 99 процентах случаев художественные фильмы и сериалы о следователях, в том числе и про Следственный комитет, ничего общего с настоящей работой не имеют. Наверное, из тех сериалов, которые я видел, стоит отметить «Первый отдел» — кажется, он так называется. Да, там есть значительная доля художественного вымысла, но некоторые моменты работы следователя СК отражены более-менее достоверно. Главное, не строить иллюзий, здесь не кино, а серьезная и непростая работа.

Максим ПАНКОВ. Фото Константина ЗЯТЬКОВА.

В вечернее время 30 июля на улице Каменской столкнулись два автомобиля.

«Ниссан» мчался по улице Гагарина, проигнорировав запрещающий сигнал светофора. Легковой автомобиль, летевший на красный свет, врезался в большегруз идущий по Каменской.

В результате дорожно-транспортного происшествия погиб человек, находившийся в легковом автомобиле. Двое из легковушки были госпитализированы в Каменскую межрайонную больницу.

Подробности аварии выясняются.