«Церковь нужна на селе. Церковь дает смысл жизни здесь и сейчас в том месте, в котором ты оказался».
Отец Александр Варнавских. С. Баево.
Есть в Баево с виду ничем не примечательный дом «под шубой». Мода на строительство таких зданий пошла в СССР еще в 70-80-е годы прошлого столетия. В бетон добавляли краситель и покрывали этой смесью внешние стены для защиты от разрушений. В Баево так выглядит православный храм. Лишь подняв голову к небу, можно увидеть, как над приспособленным совдеповским зданием возвышается крест. С 2012 года здесь служит отец Александр. До него штатного священника в Баево и на всю округу не было. Раз в месяц сюда приезжали батюшки из разных приходов, чтобы отслужить службу и совершить таинства. Храм, конечно, не был закрыт — люди сюда приходили всегда, но настоящая приходская жизнь началась с появлением молодого священника. Так бывший городской житель стал сельским священником.
— Родился я в Бийске, там жил до 17 лет. С детства я никак к храму и уж тем более, к службе в Нем, расположен не был, — вспоминает отец Александр, — единственное, колокола мне нравились. Будучи ребенком, я из каких-то банок мастерил их аналогию. Потом жизнь распорядилась так, что в десятом классе попал в Бийскую православную гимназию. Она была такая же, как обычная школа, только не государственная, а церковная. Программа та же самая, но уже преподавались основы православной культуры тогда, как у нас в стране об этом широко задумались только сейчас. Все учащиеся гимназии были из верующих семей. Так я и пришел к вере – без каких-то видимых чудес, просто, увидел разницу в людях – когда человек верующий не формально, а искренне. Увидел я, как окружающие меня люди относятся к дружбе, семье, чести, правде. Отношение было не такое, к которому я привык. Это было резко заметно даже по преподавательскому коллективу.
Лишь в той самой гимназии я узнал, что такое вера не для галочки. Это совсем другая жизнь. И вот, попав в такое окружение, я пришел к Нему твердо, уже не сомневался в Нем.
Объяснить мне это сложно. Это то же самое, что объяснить вкус шоколада человеку, который его ни разу не пробовал.
Господь ведь не хочет никого насильно спасать. Он дает возможность человеку самому принять решение, воспользоваться своей свободной волей, которую нам Сам дал, но верить в то, что никогда не видел, сложно. Ведь Он пришел в наш мир, как обычный человек, дал Себя убить. Если б не позволил этого сделать и сошел с креста у всех на глазах, когда его распинали, сразу бы все поверили.
В общем, начал я в храм ходить сначала по просьбе мамы, на Пасху, а потом все чаще и чаще. После гимназии поступил в Барнаульскую православную духовную семинарию. После ее окончания меня направили служить в село Баево. Просто так у нас распределение, конечно, не происходит. Местные жители написали письмо, что им в селе очень нужен священник. Так в конце 2012 года я был назначен настоятелем храма Покрова Божьей Матери в отдаленном от больших городов поселении.
Сам приход в Баево существовал с 1995 года. Постоянного служителя, который бы здесь жил, до моего приезда не было, но Церковь была открыта. Люди же могут и без священника в храме собираться, молиться, почитать канон или акафист, но без священнослужителя нельзя совершать таинства: исповедь, причастие, крещение, венчание.
Четкого штата у нас и сейчас как такового нет. Все люди, которые ходят в храм, что-то делают, помогают в повседневной деятельности на безвозмездной основе. Живем на пожертвования прихожан, поэтому средств на наемных рабочих у нас нет. Как правило, в сельских храмах так всегда, зато люди отзывчивые и свое свободное время с удовольствием посвящают храму и Богу.
Уголь, дрова тоже на пожертвования закупаем. Бывает, что дрова просто привезут сельчане, печь топят тоже прихожане, да я сам.
Иконы у нас были, но многие образа люди храму дарят. Вот, смотрите, иконы из бисера люди делают своими руками. Кто-то для себя их делает, а потом приходит освящать.
— Бывали ли такие случаи на вашей памяти, когда неверующий человек резко становился верующим?
— Конечно, причем очень часто. Самое опасное состояние человека – это не ревностный атеизм и неверие, а теплохладность, когда человек ко всему равнодушен. Как сейчас говорят, плывет по течению. У агрессивно настроенного к религии человека гораздо больше возможности поверить, чем у безразличного. Агрессия, как раз, выдает то, что ему не все равно, он ищет истину, и скорее всего, в какой-то момент он ее найдет. Конечно, до этого момента может пройти и 10, и 40 лет. Часто люди, вообще ни на какие, назовем их так, знаки от Бога не реагирует, необъяснимое пытаются объяснить разумом, но отказываются поверить в очевидное.
— Какова реакция вашей семьи, что папа и супруг священник?
— Я думаю, что когда дети в процессе взросления живут в определенной семье, для них становится нормой привычный уклад жизни в их доме. Они всю оставшуюся жизнь оценивают плюсы и минусы, исходя из этой нормы.
Если человек родился в землянке, грубо говоря, а потом в каком-то возрасте переехал в квартиру, для него квартира — это здорово, и хорошо. Более современные дети уже говорят: «Да как можно в этих хрущевках жить!». Для них это уже не квартира, а место обитания, землянка, что-то невозможное.
Мои дети видят, что папа священник и воспринимают это, как есть, а с женой мы заключили брак еще до священства, потому что, когда человек принимает священный сан, ему уже нельзя жениться. Перед тем, как стать священником, каждый должен принять решение — либо у него вообще семьи не будет, либо создать семью до рукоположения. Но так как мы с супругой познакомились в семинарии, то она, скажем так, была к этому готова.
Бывает и такое, что человек уже в зрелом возрасте становится священником, когда уже дети взрослые и семья создавалась, когда еще никто даже не задумывался о том, что такое может произойти. В таких случаях, зачастую жены поддерживают желание стать священником, оно ведь тоже не на пустом месте появляется – значит, человек, не сознавая, уже обладал качествами священника. Очень редко из-за этого бывает распад семьи. Кстати, и взрослые дети не всегда принимают такое решение главы семейства, но потом смиряются.
Меня рукоположили 1 сентября в последний год обучения. После рукоположения священник должен 40 служб подряд отслужить — это называется сорокоуст. Первая моя служба была в семинарии в Покровском соборе города Барнаула, потом в разных храмах Барнаула, в Новоалтайск даже ездил и в Сорочий Лог. Когда переехал в Баево, уже полгода был священником.
— Что бы вы хотели пожелать нашим воинам, которые находятся на СВО?
— Конечно, терпения, потому что мы деятельным участием мало можем помочь, просто потому что это далеко от нас. Хотя и здесь очень тяжело ждать мужа, сына. Господь сверх меры нам не посылает испытаний, которые мы не сможем перенести. Каждую воскресную литургию мы молимся за наших воинов. Во всех храмах молятся!
В 1861 в Баево была построена первая деревянная Церковь. К концу XIX века она значительно обветшала и была разобрана после постройки в 1899 году нового деревянного храма в честь Вознесения Господня. Со времени основания приход находился в ведении Томской кафедры, в годы советской власти упразднен, храм утрачен.
В начале XXI в Баево возродилась приходская жизнь. В приспособленном доме был устроен храм в честь Покрова Пресвятой Богородицы. С 5 мая 2015 года село входит в пределы Славгородской епархии.
Ирина ДВОРСКИХ. Фото автора.
