Мировой нефтяной рынок угодил в зону сильной турбулентности. Напряжённость на Ближнем Востоке буквально за считанные дни изменила ситуацию на биржах и заставила нервничать как аналитиков, так и участников топливного рынка.
Главный вопрос стоит так: дойдут ли хаотичные волны Ормузского пролива до российского рынка ГСМ, который только недавно вошёл в относительную фазу спокойствия?
О том, как мировые события отражаются на внутреннем рынке, рассказал наш постоянный эксперт, генеральный директор компании «Алтайнефтересурс» Николай Абрамов.
— Всё происходит очень стремительно. Еще в конце февраля ситуация выглядела достаточно спокойной: 27-го февраля на питерской бирже цены умеренно снижались, а в понедельник 2 марта мы увидели взрывной рост мировых котировок на нефть. Это тут же отразилось на нашей бирже, — говорит собеседник «АК».
По словам эксперта, ещё в конце прошлого года мировые цены на нефть держались в цене около 60 долларов за баррель.
— Когда стало очевидно, что американцы наращивают присутствие в регионе Персидского залива, мировые нефтетрейдеры начали закладывать риски конфликта, — подчеркнул эксперт. — Цена выросла примерно до 70 долларов, и январь–февраль она держалась на этом уровне. Считалось, что эти десять долларов сверху — это и есть заложенные риски конфликта. Однако после начала боевых действий ситуация резко изменилась. Когда начались удары Ирана по нефтяной инфраструктуре в регионе — по объектам в Эмиратах, Бахрейне, Саудовской Аравии — цена в моменте подскочила до 119–120 долларов за баррель. Фактически за неделю рост почти 70 процентов, это просто беспрецедентная динамика.
Позже рынок немного скорректировался, добавляет Николай Абрамов. И сейчас (данные на 11 марта) нефть держится примерно на уровне 88–89 долларов. Но это всё равно значительно выше прежних значений — примерно на 25 процентов, чем было до начала конфликта.
По мнению многих экспертов рынка, для России такая ситуация может принести определённые экономические дивиденды. В условиях формирующегося дефицита ресурсов на мировом рынке интерес к российским энергоносителям может резко вырасти.
— Если ситуация продолжит развиваться такими темпами, через две-три недели выстроится очередь из желающих купить российские энергоносители. И про антироссийские санкции могут очень быстро забыть, — считает Абрамов. — Колебания мирового рынка, безусловно, отражаются и на внутреннем топливном рынке. Однако говорить о серьёзном скачке цен в России нет оснований. Пока мы не видим какого-то аномального роста оптовых цен. Они увеличиваются, но в пределах традиционного сезонного роста. Сегодня оптовая цена на дизельное топливо составляет около 70 рублей, а бензин на бирже торгуется примерно по 68–69 тысяч рублей за тонну. Год назад цены на дизель были даже чуть выше (72-73 тысячи за тонну). По факту, за счет низкой базы в январе–феврале нынешний рост выглядит резче. Нынешний сезон пока развивается по вполне привычному сценарию.
Во многом на ажиотажный рост цен на нашей бирже влияют крупные федеральные трейдеры, которые, пользуясь ситуацией, скупают биржевой товар, вызывая волну роста цен. Зачастую они действуют в интересах крупных нефтяных компаний, которые не могут напрямую покупать биржевой товар. Сейчас обсуждается вопрос о создании отдельной сессии на бирже для конечных потребителей. Эксперт считает, это могло бы значительно снизить волатильность на бирже и исключить лишних посредников в формировании цены ГСМ.
Весной традиционно растёт спрос со стороны аграриев, и Николай Абрамов отмечает покупательскую активность со стороны сельхозпроизводителей. Но в основном речь идёт уже о запасах на уборочную кампанию.
— Наши нефтебазы полностью обеспечены топливом на посевную кампанию, — говорит Абрамов. — Сейчас, когда началась выдача коротких кредитов, аграрии начинают заключать контракты на поставку топлива к осени.
Максим ПАНКОВ. «Алтайский крестьянин».
