Корреспонденты «КИ» заглянули «на огонек» к Марии Заикиной, жительнице с. Поперечное, которая в свои 82 года виртуозно владеет спицами и крючком.

Первое знакомство с творчеством Марии Федоровны состоялось еще весной этого года, но на тот момент мастерицы не оказалось дома. Ее дочь провела нас по комнатам и вкратце рассказала об увлечении матери. От увиденного мы пришли в восторг. Дорожки, пледы, покрывала на диванах и кровати, накидки на подушках, стульях… казалось, даже стены вывязаны разноцветными узорами. Вся обстановка избы Марии Заикиной напоминала вязаную сказку.

После экскурсии по изделиям желание познакомиться с рукодельницей лично только усилилось. Тогда мы и не подозревали, что судьба хозяйки в точности похожа на ее творения, вот только связана была не всегда из ярких ниток.

ДЕВЧУШКА С ПОВОЛЖЬЯ

Осенним теплым деньком мы вновь отправились к Марии Заикиной. Она встречала гостей у калитки, приветливо улыбаясь, пригласила в дом.

— Проходите, присаживайтесь. Да вы не бойтесь, мои пледы не мнутся, — говорит она, — на них очень удобно, мягко и тепло.

Сама же Мария Федоровна, устроившись поудобнее на противоположном диване с кучей клубочков, принялась довязывать длинный носок.— Я ведь не здешняя, — начала свой рассказ бабушка, — мне всего 5 лет было, когда нашу семью с Поволжья в самом начале Великой Отечественной войны в Алтайский край привезли. Помню этот день как сейчас. Прибыли мы в пос. Раздольный 13 сентября 1941 года. Отец, мать, я и братишка мой. С прежнего места жительства при эвакуации взять с собой много вещей не разрешили, были только документы и кое-какая одежда, что собрать успели. Отправляли людей эшелонами в Сибирь, никого не оставляли. Сказали, война идет, враг уже близко, если жить хотите, уезжайте.

Вот так и попала в пос. Раздольный маленькая Мария. Поселили семью в небольшой домик, жили помаленьку, а в январе 1942 года отца забрали на фронт. Как говорит Мария Федоровна, больше от него не было ни одной весточки, даже похоронку не прислали. — Мы считались русскими немцами. Моя девичья фамилия Бер, корни у меня немецкие, — продолжает разговор хозяйка, — с того момента, как папу призвали, жизнь стала не сахар. В зиму нас решили из избы выселить. Топить печь нечем было. Мама на босу ногу калоши наденет, дойдет до колка, нарубит березы, домой принесет, а мы дрова пилим в сенках, на улице-то мороз. Вот за это и хотел хозяин выгнать, мол, все в веранде делаете, да дом плохо топите. Но с горем пополам дожили до весны, а в мае мы съехали к деду шорнику (специалист по изготовлению конской упряжи). Ох и трудно жилось тогда, – Мария качает головой и какое-то время молчит, продолжая вязать. — Мать на работу пошла в поле, брата Федю в садик взяли, а меня наотрез отказались — взрослая, так мама меня с собой брала. Как же ей доставалось за то, что я с ней, много на меня времени тратила, пока все работали. Мама так и говорила: «Все, что мне остается, так это задушить свою дочь, по-вашему?». Тогда-то женщины и уговорили заведующую взять меня в детский сад. Там я по-русски говорить научилась, а до этого только по-немецки понимала. Родители на обоих языках чисто изъяснялись.

Мария Федоровна, пока мы беседовали, успела довязать полосатый носок, отложила его в сторону и продолжила рассказывать о том времени, когда в ее жизни были голод и холод, и о том, как с восьми лет работать пошла, чтобы хоть какая-то краюха хлеба была на столе. По ее словам, постоянного места жительства не было. Летовали в заброшенных домиках без пола и окон, зимовали в сараюшках. Подлатают, зиму проживут, а к весне хозяин находился, просил освободить.

Мария Заикина вспоминает: —Жили впроголодь. Мама травы нарвет, лепешек из нее напечет, а там ни муки, ни соли — ели. Очистки собирали, те что побогаче жили, овец кололи – мы кишки и внутренности брали, варили. Картошка если появлялась, то мы меняли ее на молоко, хлеб и простоквашу. Было дело, у собаки вареную картошку отбирали.

Поведала она нам и о том, как с братишкой по миру ходили и даже о том, как ее украли…

ПО СТАРИННОМУ ОБЫЧАЮ

— Той весной мне 19 было. Иду домой, слышу, за мной кто-то торопится. Оборачиваюсь — парень, я шагу прибавила, и он прибавляет. Ну, думаю, если побегу, то потом со стыда сгорю, — с улыбкой рассказывает Мария Заикина, — догнал все же. И сразу мне: «Ой, хорошенькая какая!» Так и познакомились, стали общаться. Как-то раз приходит домой к нам и спрашивает у мамы: «Тетя Эмилия, а у Маруси метрики (документы) есть? Дай посмотреть». Ну мама и дала, он их в карман и бежать. Мне дома ничего не сказали, а в воскресенье Петр коня с плетенкой (повозка) подогнал и говорит: «Поехали прокатимся до ляги», а я ему: «Что я ненормальная с тобой до ляги кататься?» В общем, уговорил — поехали. Смотрю, уже на филипповскую дорогу выворачиваем, я давай возмущаться, хотела уже с плетенки прыгать и домой пешком, а он коня хлестанул и все, уже не сбежишь. Сказал мне, что в Филипповском у него тетка живет и хочет на меня посмотреть. Что на меня смотреть? Не картинка! Хотя, красивая была, это сейчас постарела. Подъехали, а я хоть и не грамотная, но поняла, что это сельсовет, а не дом тетки. Тут-то все и раскрылось, а я так замуж не хотела… вцепилась в повозку так, что меня еле-еле трое мужиков оторвали от нее. Сама плачу, ничего из-за слез не видно. Завели в сельсовет, не помню, что говорили, только попросили расписаться. Кто за меня три буквы фамилии писал и, кто моей рукой водил, до сих пор не в курсе. Можно сказать, меня украли. Да сейчас это и не важно, с Петром 51 год прожили душа в душу.

Так как Маруся не была засватана прежде, на следующее воскресенье в дом Бер пришли сваты, а 1 июня 1956 года сыграли свадьбу. Мария Заикина является многодетной матерью и обладательницей медали «Мать героиня», у нее 11 детей. В настоящее время ее также радуют взрослые внуки все 17 человек, 9 правнуков и два праправнука.

— Дети часто приезжают, а я их горячими пирогами угощаю, — признается Мария Федоровна, — разбросало моих деток по всей России, всех выучили, вырастили. Вот и из Раздольного в с. Поперечное нас они же и утянули. Не хотела уезжать, но здесь к дочери поближе. Мужа нет уж как 12 лет, поэтому все делаю сама. Огородик небольшой, картошечку сажаю да копаю, и по мелочи все имеется. Теперь-то я не голодаю, всего вдоволь. Часто свою жизнь вспоминаю, и думаю: нынешнее поколение на диетах сидят, от хлеба отказываются, а мы в то время за краюху черного жизни не жалели. Так вот, чтобы время шло быстрее, я нашла себе занятие – вяжу спицами и крючком, все веселее и в доме красивее.

РАЗ – ПЕТЕЛЬКА, ДВА – НАКИД

Красивее и ярче становится не только в доме у Марии Заикиной. Как рассказала нам рукодельница, своим дочерям она навязала накидки на диваны, сыновьям в машины сиденья обвязала, внучкам – сапожки, а вот внукам пока еще не придумала, что подарить.

— Я очень любила вышивать. Полотенца, рубахи, наволочки… почти все было вышито, даже сейчас кое-что осталось в обиходе, а с тех пор, как мужа не стало, прикипела к вязанию. Научила меня дочь Люба. Она говорила и показывала, как делать, а я быстренько повторяла, вот так и приноровилась. По телевизору нечего смотреть — надоел, радио тоже ничего хорошего не говорит, а я сяду поудобнее и вяжу. Сегодня вот носочки довязала, недавно сапожки — дома ходить. Есть и сумочка для телефона, и цветы в вазах, даже чехол на вентилятор смастерила. Пряжу дети привозят, прошу красивую, яркую покупать. Недавно мои работы брали на выставку в Попереченский ДК, говорят, что очень красиво получается, а мне и не жалко, пусть мои творения людям добро и радость приносят.

Ирина СПИРИНА. Фото Дмитрия ПРОСКУРИНА.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

2 КОММЕНТАРИИ

  1. Какая красота! Очень красиво,ярко и необыкновенно! Очень милая и позитивная бабулечка)))

  2. Какая красота! Очень красиво,ярко и необыкновенно! Очень милая и позитивная бабулечка)))

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here